Пользовательский поиск

Книга И возьми мою боль. Содержание - Глава двадцать третья

Кол-во голосов: 0

– Быстро наверх, – приказал руководивший операцией полковник, показывая на окна квартиры ювелира, – там в квартире еще остались люди.

Сразу пять человек побежали по лестнице. Григорий с изумлением смотрел, как его людей выводили из первой машины.

– Ты... – зашипел он, поворачиваясь к Науму, – ты... милицейская сука, подставка, я тебя...

– Нет, Гриша, – сказал старик, – я не сука. Я ничего не нарушал. Это ты нарушил наши правила. К тебе человек принес часы, а ты отобрал их, не заплатив ему за его вещь. И самого его хотел убить. Мы так не поступаем, Гриша. Ты ведь знаешь наши правила, клиента можно обмануть, но убивать или грабить нельзя. Есть законы и в вашем воровском мире, Гриша. А ты их нарушил.

– Ух ты!.. – рванулся к нему Мироненко.

Старик даже не шевельнулся. Спецназовцы надели на Мироненко наручники. Сверху раздалось несколько выстрелов.

– Быстрее, – закричал кто-то сверху, – у нас есть раненые. Быстрее врача.

Наум стоял перед машинами, спокойно наблюдая, как арестованных боевиков рассаживают по машинам. Подъехал автомобиль «Скорой помощи». Сначала вынесли носилки, на которых стонал тяжелораненый бандит. На вторых носилках лежал Алексей Сыроежкин. Он глухо стонал. Его ранили в живот. Наум подошел к нему.

– Вот видишь, дядя Наум, как все получилось, – попытался улыбнуться Сыроежкин, – ты был прав, я не сумел устоять.

– Как же ты так? – наклонился к нему старик.

– Он услышал, как мы открываем дверь, и бросился к окну. Ну, в этот момент один из бандитов и выстрелил, – пояснил сотрудник спецназа. – Мы, конечно, тоже стреляли, но чуть позже. И зачем он так дернулся, непонятно. Мы бы их и так взяли, спокойно, без суеты.

– Нет, – сказал Сыроежкин, – так должно было быть. Ты меня прости, дядя Наум. И за часы, и за девушку.

– Несите, несите носилки, – закричал кто-то, и носилки потащили к машине.

Киршбаум стоял не двигаясь. К нему подошел полковник.

– Поедемте с нами, Наум Аронович, – попросил он, – понадобятся ваши показания.

– Да, конечно, – кивнул ювелир, поворачиваясь к полковнику. – Спасибо вам, вы все сделали правильно.

– Это вы сделали правильно, что пришли к нам, – улыбнулся полковник, – мы этого Мироненко уже два года зацепить пытались. Но он все время уходил. А вот теперь попался и уже не отвертится.

Они сели в машину.

– Я все-таки не все понял, – сказал полковник, – они привезли к вам часы, которые оказались у Сыроежкина, и самого Сыроежкина. А при чем тут девушка, про которую вы говорили?

– Это ее часы, – пояснил старик, – они и приехали, чтобы я ее нашел. Они искали девушку. Просто у нас было мало времени, и я не мог вам все объяснить подробно.

– Понятно, – весело кивнул полковник. Он был молодой и красивый. И ему еще нравилась его работа. – А где девушка? – спросил он, улыбаясь.

– Ее нет. Она ушла сегодня утром, – ответил ювелир. – Я подозреваю, что она сбежала из дома.

– Сейчас многие бегут, – отмахнулся полковник, – найдется. Главное, что мы Мироненко взяли.

Всю дорогу Наум молчал, глядя в окно. Когда они вышли из машины, он сказал полковнику:

– Нужно будет эту девушку найти. Мироненко говорил мне, что они назначили награду за ее голову.

– Найдем, – горячо заверил его полковник, – раз Мироненко взяли, то теперь все будет в порядке. Сегодня у нас такой улов. И Гришу Мироненко взяли, и всех его людей повязали.

– Не всех, – возразил старик.

– Ну пусть не всех, – все так же весело согласился полковник, – все равно хорошо. Даже если от этих типов мы Москву на несколько лет избавим, здесь чище будет.

Они прошли в кабинет. Полковник счастливо улыбнулся, показывая на стул. В большой комнате находилось еще несколько человек. Это была комната сотрудников спецназа.

– Взяли Мироненко, – слегка хвастливым голосом сообщил полковник, снимая фуражку, – и всю его банду взяли.

Он обернулся и увидел, что старик стоит перед фотографией, висевшей на стене.

– Пойдемте ко мне в кабинет, – позвал ювелира полковник.

– Это она, – сказал вдруг старик, показав на фотографию девушки, висевшую на стене.

– Что? – не понял полковник.

– Она, – упрямо повторил ювелир, снова показывая на фотографию.

Наступила тишина. Все замерли, глядя на старика.

– Кто она? – дрогнувшим голосом спросил полковник.

– Та самая девушка, – повернулся к нему старик, – из-за которой ко мне Мироненко приезжал со своими людьми.

И сразу все взорвалось. Все закричали одновременно, забегали. Полковник подскочил к ювелиру.

– Что же вы сразу не сказали? – рассерженно спросил он. – Значит, это та самая девушка.

– Часы, – закричал кто-то, – это те самые часы.

– Черт знает что, – разозлился полковник. – Вы не путаете? Может, это не она?

– Она, – упрямо сказал старик, – я ничего не путаю. Она ночевала у меня сегодня дома.

Полковник бросился к телефону.

– Министерство. Срочно генерала Артюхова. Или подполковника Цапова. Алло, да-да, срочно. Скажите, что мы обнаружили часы Ирады Махмудбековой. Да, да. И выяснили, где она сегодня ночевала. Что? Нет, мы ее не нашли. Мы нашли свидетеля, который ее видел. Да, да, точно видел.

Он положил трубку.

– Сейчас найдут Артюхова или Цапова, – пояснил он сотрудникам. – Ну, уважаемый, вы и задали нам задачу, – покачал он головой, обращаясь к Науму Киршбауму, – теперь мы всю ночь спать не будем. Садитесь и начинайте рассказывать все по порядку. Только помедленнее...

Глава двадцать третья

Часов в семь вечера, когда он уже считал, что трудный день почти закончен, раздался звонок прямого телефона премьера. Министр внутренних дел знал, что тот звонит лишь в самых экстренных случаях. Президент считал, что контроль за силовыми министерствами исключительно его прерогатива. Зная его ревность и подозрительность, премьер не любил подставляться и предпочитал не вмешиваться в сферу действий президента, лишь изредка давая конкретные поручения членам своего правительства.

Однако министр внутренних дел считался креатурой премьера. Тому с трудом удалось не только отстоять министра, но и сделать его вице-премьером, как бы повышая его статус. И министр об этом всегда помнил. Он снял трубку и услышал знакомый голос.

– Что у тебя происходит? – недовольно спросил премьер. – В городе бардак. Мне докладывают, что идет настоящая война, твоих людей убивают, а ты сидишь и ничего не знаешь.

– Я знаю, – сдерживаясь, сказал вспыхнувший министр. Интересно, кто успел доложить о нападении на сотрудников милиции, зло подумал он.

– Вас неправильно информируют, – сказал он, – мы проводили мероприятие, в результате которого убит один бандит. К сожалению, погибли и двое наших людей.

– Ты телевизор включи, – посоветовал премьер, – по новостям НТВ все уже рассказали. Вообще непонятно, как они работают, новости раньше нас с тобой узнают.

Министр хотел сказать, что он знал эти новости. Вернее, узнал их почти сразу, как только случилась трагедия. Но решил промолчать. В подобных случаях лучше не спорить с начальством. Это знал даже министр внутренних дел такой огромной страны, как Россия. Он взял карандаш, чтобы успокоиться, и стал вертеть его в пальцах.

– Мы проводим оперативные мероприятия по нормализации обстановки в городе, – казенным чужим голосом сообщил министр.

– Ты мне сказки не рассказывай. Утром звонил секретарь Совета безопасности. Ты ведь знаешь, как президент реагирует на любое сообщение о чеченцах. А тут такое – напали на чеченский дом, всех перебили, девушку увели в заложницы. И это в Москве происходит, у нас под носом.

– На дом действительно напали, – согласился министр. – Но это было бандитское гнездо. Засевшие там бандиты оказали сопротивление. Среди них были не только чеченцы, но и представители других национальностей. Хозяин дома сейчас в реанимации. А девушку в заложницы никто не брал. Она, к сожалению, пропала. Это внутренние разборки бандитских группировок.

43
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru