Пользовательский поиск

Книга По ту сторону занавеса. Содержание - ГЛАВА XXII На Гавайи!

Кол-во голосов: 0

Мы прибыли в Тегеран, там я покинула караван и добралась до Баку, а оттуда – до Италии. Прошло уже восемь месяцев, и сенсация, вызванная моим исчезновением, порядком поугасла.

Однако только теперь я осознала, что сделала. Полковник был знаменитым ученым и отважным путешественником, всеми чтимым за свои заслуги. Что будет, когда люди узнают о том, как он вывез меня из Индии? Трудно представить что-нибудь невиннее нашего совместного путешествия, я же говорила уже, что полковник – настоящий рыцарь, джентльмен во всем, но ведь мир такой циничный! Совершив благородный поступок, спасая беззащитную женщину от верной гибели, он в пересказе злых языков мог превратиться в негодяя, увезшего чужую жену. И тогда конец и его доброму имени, и его научной карьере. Если люди об этом узнают… Надо сделать так, чтобы не узнали! А это уже зависит от меня. Необходимо сохранить в тайне все случившееся. И я решила – сделаю все, от меня зависящее.

– И вы сделали! – тихо проговорил полковник. – Только что миссис Дюран назвала мой поступок благородным и рыцарским. Но он ни в какое сравнение не идет с тем благородным и мужественным поведением, которые проявляла все эти годы слабая женщина.

– А что же с майором? – вмешался инспектор Дуфф.

– Прежде всего я написала майору письмо, – ответила Эва Дюран. – В нем ясно и четко потребовала: ради собственного же покоя он не должен пытаться разыскивать меня. Если же он меня найдет или из-за него мир узнает, каким образом я покинула Индию, я, ни минуты не колеблясь, расскажу все о его преступлениях. Очищу доброе имя полковника, публично рассказав о причинах, заставивших меня бросить мужа. Прямо так и напишу: бросила мужа, потому что тот оказался не только негодяем и подлецом, но и убийцей. Эрик мне не ответил. Однако письмо мое наверняка получил, поскольку никогда не пытался меня отыскать, а при встречах не признавал Эвой Дюран, что, впрочем, вам недавно и доказал.

Женщина помолчала, переводя дыхание.

– Вот почти и все. Что осталось еще рассказать? С той поры жизнь моя была нелегкой. Какое-то время я жила на деньги, вырученные от прихваченных с собой драгоценностей. Но этого было немного. Потом я уехала в Ниццу, где под псевдонимом Мари Лантельм какое-то время подвизалась в опере. Там я впервые узнала, что кто-то другой меня ищет и уже идет по моим следам. Это был сэр Фредерик Брус, детектив Скотленд-Ярда, расследующий убийство Хилари Голта. Он знал, что Эрик в день убийства адвоката был в его конторе, а когда прочел в газетах о моем исчезновении, связал друг с другом эти два события. Оба факта связаны, но каким образом – тогда еще не знал.

Однажды поздним вечером, когда я после спектакля вышла из здания оперы в Ницце, ко мне подошел незнакомый сотрудник Скотленд-Ярда. «Вы – Эва Дюран», – так сказал он. Я, конечно, отрицала. Мне как-то удалось сбежать от него, и я оказалась в Марселе. Оттуда отправилась в Нью-Йорк. Постаралась по возможности изменить внешность. Перекрасила волосы и под именем Дженни Джером смогла устроиться манекенщицей в Дом моды.

Скотленд-Ярд опять сумел напасть на мой след. И в один прекрасный вечер мне пришлось бежать и оттуда. Я добралась до Сан-Франциско, усталая и опустошенная, совершенно без средств. И тут мне повезло. На пароме я встретила Елену Таппер-Брук, с которой была некогда знакома. Она проживала в Девоншире недалеко от дома моего дяди. Да пошлет Бог счастье этой женщине! Она оказалась очень добра ко мне и помогла мне найти работу в Кирк-хаусе. И я снова ожила, пока в этом небоскребе не появился сам сэр Фредерик Брус. Сколько же лет он меня искал!

Дюран медленно поднялся со стула.

– Ну, теперь ты, надеюсь, довольна? – хрипло спросил он жену.

– Ох, Эрик…

– Ты уничтожила меня. – Что ж, теперь радуйся. – Его глаза налились кровью. – Спасла незапятнанную репутацию своего благородного рыцаря!

– Вы признаете свою вину? – громко спросил капитан Флэннери.

Дюран отрешенно пожал плечами.

– Почему бы и нет? Что мне еще остается?

Пронзая пылающими глазами Чарли Чана, преступник заговорил:

– Все, что тут сказал этот шайтан, – правда. Я не могу не восхититься, как он все сообразил, иначе не видать бы вам меня, как своих ушей. Восхищаюсь и ненавижу! Смертельно ненавижу! Мне казалось, я вел себя умно, все предусмотрел, но этот китаец оказался и умнее, и предусмотрительнее меня.

Эрик Дюран давал признательные показания, поначалу стараясь держать себя в руках, но теперь, все более и более распаляясь, он терял всякую власть над собой и уже почти кричал истерическим голосом:

– Да, я убил Фредерика Бруса! А как было не убить его? Другого выхода у меня не было! А он стоял и смотрел на меня! И издевательски улыбался! Ладно, не издевательски, пусть насмешливо, но он издевался надо мной, считая, что я уже в его руках! Нет, вы только подумайте – что это за человек! Шестнадцать лет прошло, а он упорно не желал признавать своего поражения и упорно меня разыскивал. И нащупал-таки мои следы! Шестнадцать лет прошло, ты давно на пенсии, так плюнь на какого-то там Дюрана! А он не забыл! Да, я убил его.

– А бархатные туфли? – тихо спросил Чарли Чан.

– Он был в них обут. Те самые туфли, которые столько лет назад я оставил у адвоката. Их я увидел сразу после того, как выстрелил, и мои нервы не выдержали. Мне представилось, что они – как бы мой распознавательный знак, приговор мне. Я сорвал их с его ног и унес с собой. Сам не знал, куда их деть. Признаюсь, растерялся, да и вся храбрость моя улетучилась. Но перед этим я его убил! Я его убил и готов за это заплатить.

Он вдруг развернулся на одной ноге, так что оказался лицом к окнам, с бешеной силой ринулся на балконную дверь, снес ее с петель и выскочил на террасу.

– Противопожарная лестница! – крикнул Флэннери. – Хватайте же его!

Капитан, Дуфф и Чан кинулись вслед Дюрану. Чарли успел первым подбежать к противопожарной лестнице, спускавшейся по левой стороне террасы. Но не к ней бежал сейчас Эрик Дюран. Одним прыжком вскочил он на балюстраду, окружающую садик на крыше. На короткое мгновение его высокая фигура четко вырисовалась на фоне покрытого тучами неба. И исчезла.

Подбежавшие к балюстраде перегнулись, стараясь рассмотреть, что за ней. Далеко внизу на тротуаре, в тусклом свете уличного фонаря, они видели лишь черное, бесформенное пятно. Вокруг него уже стали собираться прохожие.

ГЛАВА XXII

На Гавайи!

Вот так трагически закончилась поимка преступника. Трое мужчин медленно вернулись в гостиную.

– Конец! – произнес Флэннери.

– Он сбежал? – кинулась к ним мисс Морроу.

– С этого света, – закончил свое сообщение капитан. Эва Дюран вскрикнула. Мисс Морроу нежно обняла ее плечи.

– Мне надо кое-что сделать внизу, – с этими словами капитан Флэннери поспешно выбежал из гостиной.

– А мы отправимся домой, дорогая, – сказала помощник прокурора, подводя обессиленную женщину к двери. Барри распахнул перед ними двери.

Все вышли в холл.

– Я сейчас вызову машину, – предложил хозяин. Ему так многое хотелось сказать милой Джун, но он не находил в себе смелости. Такое с ним еще никогда не случалось.

От машины мисс Морроу отказалась, поблагодарив: они с Эвой и на такси доедут, так скорее.

Вызвали лифт, дамы вошли в него, но прежде чем захлопнулась его дверь, Барри успел нежно попрощаться с мисс Морроу и выразить надежду, что они скоро увидятся.

Возвращаясь в салон, он услышал слова полковника Битэма:

– …умер лучше, чем жил. Вот пример даром прожитой жизни! Бедный майор!

Инспектор Дуфф набивал трубку, спокойный и невозмутимый, как и его приятель китаец.

– Кстати, – сказал он, не прерывая своего занятия, – утром я получил телеграмму, касающуюся Дюрана. Он вовсе не майор и даже вообще не военный. Оказывается, уже десять лет назад его лишили воинского звания и уволили из армии. Так что называть его майором вряд ли правомерно. Полковник, ведь вы наверняка знали об этом?

71
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru