Пользовательский поиск

Книга По ту сторону занавеса. Содержание - ГЛАВА XIV Обед вдвоем

Кол-во голосов: 0

Барри Кирк рассмеялся.

– Пока не знаю. Мне надо как следует обдумать случившееся. Уверены ли вы, Парадиз, в такой крепкой привязанности ко мне?

– Уверен ли! Да я поклясться готов, – опять пылко заверил бывший камердинер.

– А вот я не очень уверен. Вы как следует проверили свои чувства? Нет ли в них хотя бы тени обиды или злости по отношению ко мне?

– Даже намека на тень, сэр. Клянусь словом чести! Барри Кирк пожал плечами.

– Хорошо. В таком случае идите и заварите нам хороший чай. Как обычно.

– Благодарю вас, сэр, – с чувством произнес камердинер и вышел.

– Бедняга, – посочувствовала ему мисс Морроу. – Уверена, никакой он не отравитель, просто стал жертвой фатального стечения обстоятельств.

– Возможно, – не стал спорить с помощником прокурора инспектор Дуфф. – Однако тогда мне доказательства обвинения показались весьма убедительными. Правда, я был новичком в полиции и мог ошибаться. Так или иначе, я рад, что мы исключили Парадиза из числа подозреваемых в нашем деле. Это немного проясняет случившееся.

Барри возразил:

– Может, мы и исключили его из нашего дела, понятно, это несколько облегчает задачу, однако, не скрою, для меня признание Парадиза создало одну из труднейших проблем, с которыми мне когда-либо доводилось иметь дело.

– Не думаете же вы, что ваш камердинер имеет что-то общее со смертью сэра Фредерика? – спросила мисс Морроу.

– Нет, – ответил молодой человек, – я боюсь, что он может иметь что-то общее с моей смертью. И вот сейчас мне предстоит чисто личный и чрезвычайно важный вопрос. Мне бы очень не хотелось расставаться с Парадизом, но еще больше не хочется мне расстаться с жизнью. Вы только представьте себе, что я буду чувствовать, ежедневно получая стакан самого обыкновенного апельсинового сока из рук человека, который был способен отколоть номер с цианистым калием? Господин Чан, вы, будучи моим гостем, тоже являетесь заинтересованной особой. Что вы скажете?

Чарли Чан пожал плечами.

– Возможно, Парадиз не любил свою жену, – услышал Барри безмятежный ответ.

– Да мне не важно, любил ли он ее, и я не собираюсь по этому поводу держать пари. Но он хорошо справляется с работой по дому, а некоторые жены позволяют себе слишком много. Ладно, решать мне, и я, пожалуй, оставлю его еще на какое-то время. Однако – он искоса бросил взгляд на мисс Морроу, – боюсь, все это время мне придется ничего не есть в собственном доме.

Инспектор перевел разговор на другое.

– Сержант, – обратился он к Чарли Чану, – вы наверняка не сидели здесь сложа руки. Какие открытия вам удалось совершить в нашем деле?

– Очень скромные, – признался Чарли. – Я так гордился моим открытием с Парадизом, но вы имели возможность оценить его непригодность для нашего расследования. Вот мое жалкое достижение, росток, из которого никогда не выросло бы доброе зерно.

– Увы, это так, – признал инспектор Дуфф. Но я уверен – какие-то соображения у вас возникли. Возможно, тоже не бог весть какие важные, возможно, мелочи, но для нас и каждая мелочь может пригодиться. Я бы охотно послушал о ней.

– Мы непременно когда-нибудь поговорим об этом, – пообещал Чарли. Пока же мне бы не хотелось об этом говорить, еще не пришло время. Я человек, ничто человеческое мне не чуждо, и я представляю, как больно было бы слышать разговор на эту тему господину Дюрану. Однако я осмеливаюсь бестактно попросить господина майора, коль скоро нам повезло оказаться в его обществе, рассказать нам о том вечере, когда исчезла Эва Дюран. И если можно, поподробнее.

– Вы что-то сказали мне? – вздрогнул майор, словно просыпаясь от глубокого сна. Похоже, он сидел глубоко задумавшись. – Повторите, пожалуйста. Ах, тот роковой вечер, когда исчезла Эва… Вы понимаете, это было очень давно…

– И все же, я уверен, вы тот вечер не могли забыть, – настаивал Чарли Чан. – Такие вещи не забываются.

На губах майора появилась грустная улыбка.

– Да, я не забыл тот вечер. Старался забыть, невыносимо больно было мысленно возвращаться к трагическому моменту исчезновения жены, сердце, казалось, не выдержит, уж лучше постараться забыть. Но забыть я не мог. Даже на короткое время.

Чан подсказал:

– Это случилось третьего мая тысяча девятьсот тринадцатого года…

– Да. Мы жили в Пешаваре уже шесть месяцев. Я получил назначение в тот полк через месяц после нашей свадьбы, состоявшейся в Англии. Пешавар – позабытый богом городишко, пожалуй, самый удаленный во всей империи наш военный пост. Не слишком подходящее место жительства для Эвы, до той поры имевшей дело лишь со сливками лондонского общества и нигде, кроме их фешенебельных домов, не бывавшей.

Майор прервал на минуту свой рассказ и глубоко задумался.

– И все-таки мы были очень счастливы. Мы были молоды… Эве всего восемнадцать, мне двадцать четыре года. Спартанские условия жизни в отдаленном гарнизоне нам вовсе не мешали. Нам вполне хватало друг друга.

И майор опять замолчал. Чарли позволил себе поторопить майора.

– Но в тот вечер… – начал он. Майор продолжил:

– В гарнизоне офицеры и их жены старались по возможности развлекаться, такая, знаете, своего рода светская жизнь. Эва привыкла к ней в Лондоне и тут тоже предавалась ей всей душой. На тот вечер, о котором вы мне напомнили, мы запланировали пикник. Естественно, назначен он был не на вечер, а в светлое время суток. Сначала на мулах мы добрались до условленного места, а потом по узкой дорожке поднялись на невысокое плоскогорье, откуда открывался чудесный вид на восход луны над крышами Пешавара. Откровенно говоря, наш план был легкомысленным с самого начала. Гористая местность в окрестностях Пешавара полна бандитов, так что мне, откровенно говоря, очень не хотелось отправляться тогда на тот пикник. Но все настаивали, главным образом дамы. А вы знаете, господа, как трудно отказать даме. Кроме того, группа наша была довольно большая, пятеро вооруженных мужчин. Меня уговорили, что нам не грозит ни малейшая опасность. Майор опять замолчал.

Должен сказать, что на шее Эвы было очень дорогое ожерелье. Помню, как я просил ее не надевать его в тот день, увидев перед отъездом на шее жены такую дорогую вещь. Она лишь рассмеялась в ответ. Вот я иногда думаю… Нет, я не хочу об этом думать. Ведь ее могли же убить ради одного этого ожерелья! Приходилось и это принимать во внимание. Ну да ладно, хватит об этом. Итак, мы запаковали провиант и выехали из города. День прошел неплохо. Да и вообще все шло хорошо до того момента, когда настало время возвращаться. Тут одна из присутствующих дам предложила вдруг поиграть в прятки.

– А вы случайно не помните, какая именно дама? – спросил Чан.

– Помню – Эва. И опять я принялся возражать, но не хотелось портить другим настроение, а общество уже было в прекрасном настроении, и женщины, не слушая меня, моментально разбежались в разные стороны по холмам, поросшим тамариском и высокими травами, смеясь и перекрикиваясь. Не прошло и получаса, как мы их всех отыскали. Всех, за исключением одной. Ее не нашли до сих пор.

– Ужасно! – вырвалось у мисс Морроу.

– Нет, вы не в состоянии понять всего ужаса случившегося, – покачивая головой, произнес майор. – Спускался вечер, темнота заволокла все вокруг. Мы оказались в окружении черных гор, кроющих в себе тысячи опасностей. Ох, какой же глупостью была эта игра в прятки! И как я мог такое допустить? О наступившей затем ночи, а вслед за нею череды знойных дней и душных ночей… простите, я не вижу необходимости говорить. Мы обыскали все окрестности, сделали все, что в наших силах.

И майор низко опустил голову.

– Вы сказали, что в пикнике принимали участие пятеро мужчин, включая вас, – сказал Чарли Чан.

– Да, пятеро мужчин и пять очаровательных женщин, – ответил майор.

– Остальные мужчины были тоже офицерами, как и вы? – продолжал расспрашивать Чан.

– Трое были офицерами нашего гарнизона, а один не был.

Лицо китайца оживилось.

– А один?..

48
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru