Пользовательский поиск

Книга Магический кристалл. Содержание - 9

Кол-во голосов: 0

И оказался провидцем, ибо поразил Горислав Великий свой супостат – изменник Путивой, захвативший власть с помощью прирученного вече и посошенных старцев, вышедших из перунова братства. Схлынувший было поток беглых с Варяжского моря вновь побежал десятками речек и ручьев, и вот наконец сам Великий Князь спешил в Тмутару, потеряв всякую власть в родной стороне.

Он плыл к Русскому морю, убежденный, что найдет там поддержку, однако восьмиперые стрелы Путивоя опередили, и когда Годислав ступил на корусенский причал, его поджидал посыльный боярин с княжеской стражей. И напрасно взывал он к совести и справедливости, тщетно просил встречи с князем Тмутары; гонимого государя вместе с его малой ватагой заточили в подземелье, сказав, мол, было бы лучше убить тебя, чтоб окончательно извести племя Горислава Великого, а держать взаперти очень хлопотно.

Только спустя одиннадцать месяцев спустился к нему князь полуденных варягов Волбран, велел снять цепь и поместил в каменных хоромах.

– Что же ты держишь меня в железах? – спросил его Годислав.

– Радуйся, что жив еще, – отвечал тот. – Наши вечевые старцы смерти твоей хотят, да я не соглашаюсь, подержу пока.

– Почему же ваши посошенные так несправедливы? Путивой весь мой род истребил, хитростью престол отнял, правит парусьем и не по древним обычаям – по волей своей, как захочет. А ты с ним заодно? Если мы не станем поддерживать друг друга, завтра у тебя отберут власть и начнется разлад во всем арварском народе.

– По обычаю, Путивою след бы руку отрубить, заклеймить да отослать в Уральскую гору, – неожиданно согласился Волбран. – Самозванно и Законом был, самозванно на княжество сел. Но пусть лучше будет он, чем придет Космомысл. Ты ведь отправился искать исполина, чтоб привести его к арварам?

– Чем же не угоден тебе Космомысл? Ведь ты же хотел вернуться к Былому времени?

Волбран помрачнел.

– Мне мыслилось, ты обрел науку у светлогорских старцев и помудрел. Но зрю, ты еще молод и пыл юный не истратил, пытаясь выстроить городские стены. Нет, рано тебе княжить и вставать за кон, коль не проникся мыслью в суть нынешнего мира. Сиди-ка под запором еще дюжину лет, пока не вразумишься.

И уйти хотел, но Годислав вскочил.

– Постой, Волбран! Хулить меня горазд, так может, вразумишь, в чем я провинился? И почему Космомыслу не должно княжить?

– Способен ли ты внимать словам того, кто заточил тебя и лишил свободы?

– Внемлю, коли разумны твои слова!

– Покуда боги спят, нельзя, чтоб смертными правил бессмертный исполин, – сурово молвил Волбран. – Его в тот же час вознесут, обожествят, и станет он не Князь и даже не Закон, а бог, Творец, всевышний покровитель. И будет на земле еще одна ложная вера, которая по истечении лет захватит разум арваров и всех иных народов. Люди забудут истинных богов, и что же случится, когда те проснутся? Богам ведь все едино, кому мы поклонялись – Мармане, Уду или земному исполину – ложь чтили, а она суть Кривда, в какие одежды бы ни рядилась. И как же на сей раз накажут боги нас? Был холод ледяной – наступит зной палящий или потоп?

– Но Космомысл справедлив и благороден! – заспорил с ним Годислав. – Он не позволит, чтоб его обожествили!

– Кто спросит позволенья? Заблудшим и безвольным людям бессмертие кажется знаком божественности. Его возвысят против воли. И будет горе нам, когда проснутся боги, тем паче Космомыслу.

– Я слышал, македоны называют его пророком. Они безбожны и искали себе небесного покровителя, как некогда обры. Да ведь известно, что стало с обрищем. Пустое! Так и македоны пожрут себя.

– Нет, Годислав, напротив, взрастив своего бога, прославив его в землях, они возвысятся и овладеют миром.

– Да как же это возможно, Волбран? Македоны пришли из дикой пустыни, и нравы у них дикие. Кто станет чтить их бога?

– Коль это будет Космомысл, то все, кто сущ на земле. Вольные народы признают его за собственную волю, рабы – он сам был рабом, арвары станут чтить, ибо он варяг и внук Даждьбога, кто ростом мал – за исполинский рост, а кто велик, за то, что великан перед ними. Всяк отыщет в бессмертном исполине чему поклоняться.

– Не верю я тебе. Отчего же светлогорские крамольники меня не упредили, что будет так? Ужель они не зрят то, что видишь ты, сидя в полуденной стороне, где нет даже покрова Кладовеста?

Князь Тмутары помедлил, смерив Годислава взором, и так сказал:

– Добро, поведаю тебе иную суть вещей. Я посылал людей доверенных в Артаванское царство, волхвов сведомых, православных. Они приблизились к царю и много лет, по малым крупицам, выбирали правду из гор лжи и хитрости. Зачем могущественные государи македон искали Космомысла, рыща по всему свету? Хотели себе обрести бога? Ан, нет! С трудом великим, но раскрылся замысел царей рода Урджавадзы. Воитель Македонский был не способен исполнить высший урок своего учителя, однако со своим справился. Он сжег древнее Предание полуденных народов, Авесту, и отыскал когда-то похищенный божественный огонь. И сделал мир как будто б первозданным, незамутненным, без прошлого бытия людей и богов. Он выполнил свое предназначение. Македоны в наследство получили не только казну империи и живой огонь, именуемый Астра. Прежде всего они приняли все тайные замыслы Аристотеля и, еще сидя на Суре, в горных пустынях, задумали их воплотить. Затверди себе, Годислав, то, чему не учат светлогорские старцы, ибо существуют без времени и сами по себе. Кто ныне даст миру единого бога, тот и будет тайно править миром. Покуда боги спят.

9

Императорский дворец был превращен по сути в монастырь, а самые его лучшие части в храмы, где дважды в день служили литургии. Вместо обычной пестрой свиты, всюду следовавшей за Юлием, были монахи и монахини в черных длиннополых одеждах и с веревочной петлей на шее, которая одновременно была и поясом, обязанности придворных исполняли священники во главе с темнокожим понтификом Гавардалом, который теперь стал еще и комитом.

Император почти никого из светских не допускал к себе и последние годы жил во дворце безвыездно, управляя империей и армиями через первосвященника; тот, в свою очередь, через своих монашествующих наместников, сидящих в провинциях и крупных городах. Как и дворец, весь Ромей был поделен на приходы, к которым приписали жителей вечного города вместе с их челядью и рабами, храмы Солнца, Юпитера, Дианы, Изиды и Сераписа, а также церкви манихеев и митреумы были перестроены в марманские. Оставался нетронутым лишь храм Весты, и то потому, что весталки запаслись топливом, замуровали себя внутри и при попытках взломать двери бросались горящими головнями.

После реформ Юлия, длившихся несколько лет, в империи, и особенно в Ромее, наконец-то утвердился порядок, и пустая казна стала пополняться за счет десятинного сбора с приходов, за которым следили не воровитые фискалы, а воздержанные монахи, при жизни обрекавшие себя на голод и лишения. Ими становились не только простые прихожане, плебеи и люмпены, желающие посвятить себя служению господу, но и состоятельные олигархи, сенаторы, ветераны, прослужившие в легионах более пятнадцати лет, вольноотпущенные рабы, стареющие гладиаторы и даже заключенные тюрем. Сами тюрьмы, некоторые военные лагеря, театры и даже Большой цирк были преобразованы в монастыри с суровым уставом, где готовили миссионеров. Для того чтобы достигнуть чистоты тела и духа, а значит, и совершенства, марманство проповедовало смирение и воздержание во всем и везде, поэтому Юлий в первую очередь заботился об аскетичности жизни в императорском дворце, чтобы своим примером увлечь за собой подданных. Он самолично разрушил дворцовые термы, разбив молотом мраморный лежак, поскольку нельзя было нежить тело, велел раздать бедным скот и птицу со своего двора, чтобы не чревоугодничать, спал на деревянном ложе, подстелив дерюжку, и вставал вместе с монахами на утреннюю молитву.

Эта иная жизнь началась внезапно и чем-то напоминала его неожиданное восхождение на престол, только вместо тюрьмы он был прикован к постели, охваченный болезнью, и вместо Антония к нему пришел черный монах по имени Гавардал. Он сказал, что излечит императора одними молитвами, если Юлий введет единобожие, утвердив господа Мармана во всех провинциях, а всех иных богов извергнет.

38
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru