Пользовательский поиск

Книга Убийства – помеха любви. Страница 51

Кол-во голосов: 0

– Ну так как?

Мой интерес к хоккею может сравниться разве что с тягой к боулингу, но что с того?

– Отличная идея!

Если я и нервничала перед нашим последним свиданием, то это было ничто в сравнении с тем, как я чувствовала себя теперь. За понедельник и вторник я совершенно измучилась, предвкушая встречу с Биллом.

А затем все переменилось. И под «всем» я имею в виду именно все, абсолютно все…

Во вторник, в начале шестого вечера, я еще сидела в офисе, пытаясь закончить ерундовое дело, с которым ковырялась с самого утра. Телефонному звонку я обрадовалась как долгожданному перерыву. Приглушенный голос пробормотал что-то нечленораздельное.

– Что-что?

Молчание в ответ. Я попробовала еще раз:

– Кто это? Простите, я вас не слышу.

– Это… это… я, тетя Дез, – прорыдала Эллен.

У меня екнуло сердце.

– Эллен! Что случилось?

– Это… Герб…

– Ты дома?

– Да.

– Никуда не уходи!

Через двадцать минут я ворвалась в квартиру Эллен. Никогда не видела племянницу в таком состоянии. Глаза у нее опухли, превратившись в узенькие щелочки, и из этих щелочек струились потоки слез. Эллен едва успевала вытирать щеки. И едва могла говорить.

– Так, Эллен, потом расскажешь! Давай-ка лучше приляг, – велела я.

Она послушно подчинилась, я взбила подушки, подсунула ей под голову, после чего присела рядом на краешке дивана.

– Ты что-нибудь ела?

Я воспитана в убеждении, что нет такого несчастья, которое нельзя смягчить едой. Эллен покачала головой.

– Сейчас что-нибудь приготовлю.

Эллен снова покачала головой.

– Тогда чай с тостами? – не унималась я.

Она равнодушно пожала плечами. Молчание, как известно, знак согласия. Когда через несколько минут я вернулась из кухни с подносом, Эллен, как это ни удивительно, крепко спала.

Я укрыла ее стареньким пледом, который бабушка Эллен связала около тридцати лет назад, отнесла обратно поднос с угощением, достала из сумки газету и уселась в кресло. Примерно через час зазвонил телефон. Я бросилась на кухню и схватила трубку, надеясь, что Эллен не проснулась.

– Алло, а Ивена можно? – проверещал пронзительный голосок, который мог принадлежать только юному созданию, не достигшему половой зрелости.

Обругав телефонную компанию, я вернулась в гостиную. Эллен, разумеется, проснулась. Лицо ее по-прежнему было красным от недавних слез, но она успокоилась. Я уговорила ее переместиться на кухню, где заварила по новой чай и приготовила два свежих тоста. Мы немного поскандалили по поводу, следует ей поесть или нет. После недолгих прений Эллен уступила – как вы, наверное, могли заметить, иногда я бываю ужасно настырной.

Глядя, как Эллен через силу грызет тост, я напомнила себе, что ночь впереди долгая, а потому мне тоже не помешает подкрепиться. Я пошарила в холодильнике, надеясь отыскать хоть что-нибудь без признаков плесени, и в итоге остановилась на булочке с орехами и давным-давно выдохшейся кока-коле. Тем временем Эллен успела расправиться с тостами – второй она прикончила с куда большим энтузиазмом.

– Пожалуй, я действительно была немного голодна, – призналась она.

– Еще что-нибудь съешь? Как насчет булочки с орехами?

– Нет, спасибо, больше не могу. – Она стыдливо покосилась на мою тарелку с сиротливой булкой. – Извини, что совершенно нечем тебя угостить.

– Шутишь? Да я с детства схожу с ума по ореховым булочкам!

– Я тоже их люблю. – И Эллен разразилась слезами.

Да с такой силой, что я не на шутку струхнула. Господи, и помочь ничем не могу… Разве что обнять да как заведенная бормотать бессмысленные утешительные словечки. К счастью, новый поток слез иссяк быстро. Спустя несколько минут, оприходовав стопку одноразовых платков, Эллен тихо прошептала:

– Я хочу рассказать, что случилось.

Всхлипывая и сморкаясь, она поведала свою печальную историю.

Бедняжка дошла до такой степени отчаяния, что не могла больше усидеть на месте. И сегодня в половине двенадцатого сбежала с работы. Ноги сами принесли ее к зданию, где трудился славный Герб. В начале первого идеальный мужчина вышел на улицу вместе с еще одним типом. Увидев глупышку, Герб побагровел, отделался от своего спутника и чуть ли не с кулаками набросился на Эллен. Принялся орать, с какой стати она его преследует, неужели непонятно, что между ними все кончено…

– До этого мгновения, – сказала Эллен, – я тряслась как осиновый лист. Но стоило ему заговорить таким тоном, как я тотчас пришла в ярость. И объявила, что, будь он порядочным человеком, разорвал бы наши отношения как мужчина, а не как шкодливый юнец. В ответ Герб прошипел, что это я веду себя как ребенок, мол, настоящей женщине не требуется, чтобы ей все разжевывали. Правда, потом он успокоился и сказал почти задушевно: «Знаешь, не вини себя. Ты ни при чем, просто так получилось. Ты прекрасная девушка. Я уверен, ты найдешь себе кого-нибудь другого. Береги себя». После чего повернулся и ушел…

Несчастная Эллен прямиком рванула домой, бросилась на кровать и проплакала пять часов подряд.

– Я и не предполагала, что во мне столько слез. – Мгновение спустя она жалобно прошептала: – Я рада, что ты здесь.

Мы проговорили до четырех утра, начав с проклятий в адрес идеального Герба и закончив тем, что перемыли косточки всем сволочам, которых когда-то любили. Когда мы дошли до проклятий в адрес всего мужского пола, я наконец уговорила Эллен пойти спать. А сама устроилась на диване.

Проспала я, казалось, лишь несколько минут – меня разбудил запах кофе. Я посмотрела на часы. Девять! Ведомая чудесным ароматом, я прошлепала на кухню, где Эллен готовила тосты. Выглядела она отвратительно. Что было большим прогрессом в сравнении с предыдущим днем. Припухлость вокруг глаз осталась, но сами глаза были почти нормального размера, а главное – сухими.

– Доброе утро, тетя Дез. Хорошо спала? – Голос звучал совершенно ровно.

– Как убитая, – честно ответила я. – Слушай, мне сегодня нечего делать на работе. Давай поболтаем о том о сем или сходим в кино…

– Со мной все в порядке, тетя Дез. Или будет в порядке, когда я прощу себя за то, что связалась с этим… этим… человеком.

– Ты не виновата, Эллен. – Я мысленно улыбнулась неудавшейся попытке племянницы выругаться. – Люди вроде Герба – хорошие артисты. Потому-то им и удается такой трюк. Не думай, будто ты первая, кто поддался его обаянию. И наверняка не последняя.

– Да уж представляю. Тратить столько сил, чтобы затащить женщину в постель!…

– Для таких типов это спорт, – с отвращением пояснила я. – В умственном развитии твой дружок Герб так и не вышел из школьного возраста.

– Наверное, ты права. Просто надо примириться с… со всем этим. Ты даже не представляешь, как он мне нравился.

– Думаю, что представляю.

– В общем, тетя Дез, можешь смело отправляться на работу. Правда.

– Да нет у меня никаких дел!

– Все равно отправляйся. Я только что позвонила начальнику и сказала, что мне надо срочно съездить на несколько дней во Флориду. Поэтому сегодня днем я лечу к родителям.

– Ты уверена, что тебе этого хочется? Эллен кивнула:

– Мне надо ненадолго уехать из этого города. Проведу несколько дней на пустынном пляже, вволю поплачу и пожалуюсь небесам на судьбу.

Я ушла примерно в половине одиннадцатого.

– Что ж, счастливо тебе, родная. – Я поцеловала Эллен и обняла ее крепко-крепко.

– Тебе тоже. Позвоню, когда вернусь, в воскресенье вечером.

– А я позвоню тебе сегодня вечером.

Насколько я помню, это единственный раз, когда я нарушила данное Эллен слово…

51
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru