Пользовательский поиск

Книга Продавец фокусов. Содержание - Глава 1

Кол-во голосов: 0

– Ах, как я устала, – томно вздохнула Любаша. – Мужик, что надо! А, главное, он влюблен в меня по уши. Со дня на день жду приглашения замуж…

Надо будет отнести в химчистку свадебное платье и фату.

Моя соседка к тридцатипятилетнему возрасту уже успела три раза побывать в женах, и каждый раз очень удачно для противоположной стороны. У Любаши была какая-то необъяснимая тяга к провинциальным брачным аферистам. В пылу африканских страстей она прописывала возлюбленных мужей на своей жилплощади, а после развода занималась разменом и меняла место прописки. В результате квадратные километры роскошной генеральской квартиры на Кутузовском проспекте усохли до квадратных сантиметров однокомнатной клетушки в районе Сокола.

– "Чертов баобаб" ушел на «ура»? – вспомнила Любаша о цели своего визита.

– Да, забрали без хлопот. Вот только, дали за него всего тысячу рублей, – достала я из собственных закромов последние две купюры по пятьсот рублей.

– С паршивой овцы – хоть шерсти клок, – утешила она меня. – Да! У меня к тебе просьба. Мы завтра с моим милым улетаем к нему на родную землю, в Сочи. Знакомиться с мамой. Присмотри за Палычем, ладно? А эти деньги пойдут ему на банки «Вискас», – вернула она купюры. – В Сочи на три ночи! На три ночи в Сочи-и! – пропела она не своим голосом и растворилась в подъездном полумраке.

Я вспомнила, что пора собираться на работу – у меня лекция на третьей паре, и поскорей выбросила из головы дурацкую историю с фикусом.

И напрасно! Это был всего лишь пролог к событиям жутким, кровавым и труднообъяснимым, как раз во вкусе бабы Веры.

Глава 1

Свое продолжение история получила дней через десять. В тот день моя голова была занята предстоящими ноябрьскими праздниками. На кафедре готовились к грандиозной вечеринке, посвященной пятидесятитрехлетию декана.

Меня выдвинули на почетную роль казначея и поручили обеспечить торжество десертом. Вот я и прикидывала, возвращаясь домой с работы, что лучше: один торт, но большой, или несколько, но маленьких?

Я благополучно миновала арку, обходя и перепрыгивая знакомые лужи на автопилоте, и обнаружила в родном дворе черный «Ленд-крузер», который перегораживал тротуар рядом с подъездом. С другой стороны автомобиля влажно блестело грязевое болото, труднопреодолимое в осенних сапожках на шпильке.

Посылая проклятия на голову владельца транспортного средства, я приготовилась изобразить прыжки Тарзана вдоль стены дома. Однако дверцы машины распахнулись, и на землю десантировались два гориллообразных существа. Я выставила раскрытый зонтик щитом и усердно копалась в сумке в поисках баллончика со слезоточивым газом.

– Тебя-то нам и надо, – весело обнажил клыки один из них.

Он дыхнул на перстень в виде черепа и нежно потер его об свитер на груди. Мне стало совсем худо. Похоже, что фокус с фикусом не удался, фитонциды не проявили своей убойной силы, и братки вернулись с твердым намерением отстоять права потребителей или потребовать гарантийного ремонта.

– Слышь, сработало, – порадовали они меня. – И двух недель не прошло.

Держи, как договаривались – по факту.

Старшенький небрежным жестом вынул из внутреннего кармана кожаной куртки газетный сверток и сунул его в мою сумку. Потом наклонился поближе, дернул щекой и сказал:

– Ежели чего еще будет, звони мне на мобильник. Поняла?

– Ага, – случайно вырвалось у меня.

Ребятки вскочили в свое средство передвижения и лихо рванули с места, расплескав половину лужи на мои сапоги.

Баба Вера встретила меня на лестничной площадке в полной боевой готовности: со скалкой в одной руке и свистком дружинника – в другой.

– Ф-ух, я уж собралась бежать, тебя выручать, – воинственно размахивала она скалкой.

Я представила себе щупленькую бабу Веру, которая и на улицу почти не выходит по причине артрита, по-чапаевски атакующей гориллоподобных братков, и развеселилась.

– Машина эта уже больше часа под окнами стояла. Чего они от тебя хотели? – суетилась она вокруг меня, пока я мыла сапоги.

– По факту заплатили за фикус. Понравился он им очень.

Я достала сверток из сумки и развернула газету. Десять тысяч долларов, как и было обещано, лежали ровной стопкой сотенными бумажками. Сверху красовался листок бумаги из блокнота. Мы с бабой Верой стукнулись лбами, одновременно схватив записку. "Виктор Иванович" – лаконично сообщалось печатными буквами, а также прилагался номер телефона.

– Мария, – обмякла на табуретке баба Вера. – Какой позор! Ты связалась с мафией! Признайся, ты торгуешь наркотой? Или поставляешь студенток на панель? А может быть, ты – киллер? За что такие деньги?!

– Баба Вера! – возмутилась я. – Нельзя смотреть столько детективных фильмов! Это деньги не мои, а Любашины… – и я рассказала ей всю историю про фикус и фокус.

Тетушка зябко передернула плечами и поплотнее запахнула шерстяную кофточку, ловко заштопанную на локтях, воротнике и спине.

– Холод собачий, а они еле топят… – проворчала она. – Когда Любаша возвращается из предсвадебного путешествия?

– Вчера звонила, сказала, что после праздников. А там – кто знает, вдруг ее в Сочи пропишут?

Баба Вера достала из холодильника бутылку кефира.

– Ты вот что, деньги Любаше не отдавай, они тебе причитаются за моральный ущерб во время продажи фикуса, – разлила она белую жидкость по чашкам. – Хорошо бы выяснить, доллары настоящие или фальшивые? В передаче "Умелые руки" рекомендовали поджигать купюру. Настоящие – горят черным пламенем… Нет, не будем поджигать, жалко… Вот, одну бумажку завтра в обменном пункте поменяешь, а остальные – спрячем, в приданое тебе пойдут…

Ну, обмоем прибыток!

Мы чокнулись чашками с кефиром.

– Куда бы их спрятать? – задумчиво промокнула баба Вера губы тряпочкой из старой наволочки, которую она использовала в качестве носового платка. – Во всех фильмах бандиты не любят расставаться со своими денежками надолго.

Ага! Неси рюкзак с нитками из кладовки!

В нашей квартире имелась замечательная темная комната, попросту – кладовка. И чего там только не было!.. Баба Вера, воспитанная в строгих правилах тотальной экономии, никогда ничего не выбрасывала. В чемоданах, коробках, ящиках и мешках хранились удивительные вещи, начиная с чепчиков и пинеток неизвестных младенцев и заканчивая полотером с ручным приводом. А главное, тетушка помнила, где что лежит!

В застиранном до белесого цвета брезентовом рюкзаке, с которым ходил в походы на заре молодости ее покойный муж, баба Вера держала клубочки разноцветной шерсти, смотанные из тех изделий, которые не подлежали хранению, даже по тетушкиным меркам.

Среди клубков пряжи я обнаружила свернутую в трубочку школьную тетрадь, скромно озаглавленную: "Мои гениальные мысли о Вечном". Баба Вера взглянула на титульный лист и иронично хмыкнула.

– Петр Силантьевич, царствие ему небесное, на закате дней баловался.

Вряд ли это может быть интересно. Положи куда-нибудь, я потом приберу.

Из любопытства я открыла первую страничку, где корявые буквы разбегались вкривь и вкось, и прочла: "Боже мой! Неужели никто до этого не додумался за две тысячи лет?! Непостижимо! Стоит внимательно вникнуть в текст "Нового Завета" и все встает на свои места! Я знаю, что произошло на Земле в тот день, когда воскрес Иисус Христос!..".

Я отложила тетрадь и решила при первом же удобном случае выяснить, что же случилось на Земле в тот день, когда воскрес Иисус Христос. Баба Вера вынула из аптечки пачку импортных горчичников и завернула их в газетный лист из-под долларов. «Кукла» получилась – на зависть мошенникам-кидалам. Купюры мы сворачивали в плотные прямоугольнички и наматывали на них нитки.

За этой кропотливой работой мы скоротали вечер. Баба Вера смаковала подробности продажи дерева, возмущалась нерадивости наборщиков, допустивших досадную опечатку, удивлялась, зачем солидным людям мог понадобиться фикус с фитонцидами убойной силы, смеялась над эпизодом выноса дерева, придерживая рукой вставные челюсти, чтоб не выпали, и строила планы относительно моей гипотетической свадьбы с учетом нежданно привалившего материального благополучия.

3
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru