Пользовательский поиск

Книга Легенда о трех мартышках. Содержание - Глава 30

Кол-во голосов: 0

– Что у тебя с головой? Алевтина Глебовна покойница! Она не может быть хозяйкой дачи!

– Кто тебе такое сказал? – невозмутимо спросил Антон.

Я подавила возмущение и постаралась говорить спокойно:

– После кончины матери избу получил Глеб. Так?

– Нет, – не согласился Войцеховский, – он ничего не получал. Да и кто отдаст дом запойному пьянчуге? Глеба просто выперли в Подмосковье, чтобы не мешался в квартире, думаю, ему давали немного денег в обмен на обещание сидеть в деревне и не показывать носа в столице. Еще раз повторяю: участок принадлежит Алевтине Глебовне!

– Она умерла, – тупо повторила я, ощущая себя усталой клячей, которая мерно ходит по кругу, вращая ворот.

– Кто это сказал? – с тем же тупым упорством отозвался Антон. – Я ни словом не обмолвился о смерти Стефановой.

Я оторопела.

– Она жива?

– Верно.

– С ума сойти! Ей двести лет?

– Чуть меньше, – засмеялся Войцеховский, – отрадно знать, что в Москве, несмотря на плохую экологию, нервный прессинг и мизерную пенсию, есть долгожительницы. Мне это внушает надежду, хоть я и понимаю, что мужчины живут гораздо меньше женщин, но все равно испытываю энтузиазм. Кстати, знаешь, отчего бабы до восьмидесяти дотягивают? Эй, очнись?

– Нет, – буркнула я.

– Они змеи, – на полном серьезе сказал Антон, – их собственный яд консервирует! Так будешь адрес госпожи Стефановой записывать или он тебе без надобности?

Я стряхнула оцепенение.

– Говори скорей, где она находится?

– На прежнем месте, – радостно возвестил Войцеховский, – прописана по улице Воскина. Правда, теперь этот район считается почти центральным.

В атласе улицу Воскина я нашла не сразу, а когда, покружив по окрестностям, я добралась до перекрестка, откуда теоретически начиналась магистраль, то увидела огромный дом, протянувшийся на несколько кварталов. Пришлось вылезать из машины и опрашивать людей. Спустя четверть часа стало понятно, что коренных москвичей в этой части столицы нет. В палатках торговали украинки и молдаванки, которые, услышав вопрос: «Как проехать на улицу Воскина?» – отвечали фразой, давно превратившейся в анекдот.

– Мы не местные.

Прохожие тоже недоуменно пожимали плечами, при этом учтите, что я специально выискивала в толпе европейские лица, решив, что гастарбайтеры из Средней Азии мне не помогут. Даже единственный попавшийся на дороге милиционер воскликнул:

– Я из другого района!

– Не местный! – не выдержала я.

– Точно, – кивнул сержант и растворился в толпе.

Ситуация уже казалась безвыходной, и тут звонкий голос спросил:

– Что ищешь, а?

Я повернулась, около моей машины стояла смуглая черноглазая женщина в пальто и сером платке, надвинутом почти до бровей.

– Улицу Воскина, – безнадежно сказала я.

– А нет ее, – ответила незнакомка, – там дом построили! Ну и чудовище! Здесь раньше дорога шла! Зачем тебе Воскина?

– Там знакомая живет, – приуныла я, представив, что мне предстоит.

Если строительная компания выкупила землю, снесла старые дома и возвела на их месте тысячеквартирного монстра, я потрачу десять лет, выясняя, куда подевались жители из разрушенных зданий. Почему Антон дал мне этот адрес? Потому что в компьютере нет данных о новом здании, в котором поселилась Стефанова.

– Номер дома знаешь? – спросила тетка.

– Двадцать четыре, – уныло сказала я.

– Он у рынка стоит, – обрадовалась прохожая, – адрес по Воскина, а на самом деле в Рычаговой слободке находится.

– Где? – воспряла я духом.

Женщина поправила платок и обстоятельно объяснила дорогу.

Минут через сорок я, покрутившись по близлежащим улицам, бросила автомобиль в каком-то дворе и дальше двинулась пешком. Сегодня все боятся посторонних, поэтому проезжие переулки перестали быть таковыми и обзавелись запирающимися воротами, а там, где жильцы поскупились на охрану, путь преграждают бетонные блоки, установленные прямо на дороге, хорошо хоть для пешеходов оставили узенькие тропки. Но наконец мои поиски увенчались успехом.

– Кто там? – бдительно спросили из-за двери нужной мне квартиры.

Я постаралась придать голосу приветливый оттенок.

– Алевтина Глебовна Стефанова дома?

Послышался скрип, дверь приотворилась, перед моими глазами появилась цепочка и часть лица с круглым карим глазом.

Глава 30

– Вы кто? – спросила женщина.

– Дарья Васильева, – засуетилась я, – вот паспорт. Мне очень надо поговорить с Алевтиной Глебовной.

– Зачем?

– В двух словах не объяснить. Поверьте, я ей ничего плохого не сделаю, пожалуйста, впустите, – попросила я.

– Нет, – твердо ответили из-за двери.

– Я задам Стефановой всего пару вопросов!

– Нет!

– Понимаете, я ищу Анну Королькову, она моя мать! Мы никогда не встречались, я считала Елену Иванову, то есть, извините, по привычке назвала другое имя, Королькову, умершей. А совсем недавно я выяснила, что она жива!

– Здесь никаких Корольковых нет!

– Естественно! Анна жила с дочерью Мариной, а потом попала в больницу и очутилась в доме Стефановых в деревне Дураково-Бабкино, в той избе, где жил алкоголик Глеб. Вернее, в Подмосковье попала Равиля Ахметшина, но под именем Корольковой. Мне необходимо выяснить у Алевтины Глебовны, что она знает про эту историю? Кто дал художнику Льву, усатому и бородатому мужику, ключи от избы?

– Я ничего не понимаю!

– Вы знали Глеба? Младшего сына Стефановой?

– Нет.

– Может, слышали про Игоря, родного брата Юрия? У них была одна мать, Афанасия Константиновна, а отец Андрей Григорьевич, муж Алевтины Глебовны. Юноши каким-то образом встретились, подружились…

– Я никогда не слышала этих имен, – пробубнила тетка.

– Вы не родственница Стефановой?

– Я медсестра. Ухаживаю за бабушкой.

– А как вас зовут?

– Ольга Петровна.

– Дорогая, милая Олечка Петровна, – защебетала я, вынимая кошелек, – Алевтина Глебовна единственный человек, способный пролить свет на темную, запутанную историю. Я предполагаю, что Игорь и Анна украли экспонаты из музея не в одиночку, им помогал Юрий. Младший брат не выдал старшего, унес тайну на тот свет. Анна Королькова прикинулась сумасшедшей и осталась жива. А вот Юрий с женой спрятались, наверное, они унесли раритеты, понимаете?

– Нет, – прошептала Ольга Петровна.

– Мне не нужны ценности! Человек, который искал второй кубок и прочую дребедень, умер от сердечного приступа! Я хочу поговорить со своей матерью! Вероятно, ей требуется помощь! Алевтина Глебовна, наверное, может подсказать, где искать Анну.

– Нет, – словно заклинившая шарманка прогудела медсестра.

– Я заплачу любую сумму, – засуетилась я, – сколько пожелаете! Видите кредитку? Если я кажусь вам подозрительной, позвоните полковнику Александру Михайловичу Дегтяреву, он служит в милиции и охарактеризует меня с лучшей стороны. Мой сын адвокат, невестка телезвезда и…

– Да будь вы хоть женой президента, – перебила меня Ольга Петровна, – ничего у вас не получится.

– Почему?

– Во-первых, я вас не впущу! А во-вторых, у Алевтины Глебовны старческое слабоумие, моя подопечная не способна даже есть самостоятельно, она произносит лишь отдельные звуки, вернее, мычит и легко впадает в агрессию, врач прописал ей кучу лекарств. Большую часть суток Стефанова спит. Можете ее миллионами осыпать, разумного слова не добьетесь. Лучше уходите, а если будете настаивать, я вызову милицию, хозяйка тревожную кнопку поставила.

– Хозяйка? Вас нанимала не Алевтина Глебовна?

– Нет.

– А кто?

– Мария Ивановна, – после легкого колебания ответила медсестра, – я пришла в дом, когда Алевтина Глебовна уже была безумной.

– Как вы нашли это место?

– Не важно! До свидания!

Я быстро сунула ногу в щель между косяком и створкой.

– Умоляю, подождите!

– Что еще?

50
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru