Пользовательский поиск

Книга Легенда о трех мартышках. Содержание - Глава 13

Кол-во голосов: 0

Позвоню Оксане, надеюсь, они с медсестрой уже закончили колдовать над гусем, нафаршировали его и сунули в духовку. Ксюта знает огромное количество врачей, с одними вместе училась, с другими работала, с третьими встречалась на семинарах и конференциях, она непременно мне поможет.

Больница имени Расторгуева оказалась армией корпусов-близнецов, построенных из красного кирпича. Побродив по аллеям и продрогнув от промозглого сырого ветра, я наконец добралась до нужного здания и сказала секретарше, бдительно стерегущей дверь в кабинет начальника.

– Меня зовут Дарья Васильева, господин Харченко предупрежден о нашей встрече.

Помощница нажала пальцем кнопку селектора.

– Хр-бр-бр-фр, – донеслось из динамика.

– Владимир Сергеевич, к вам Васильева.

– Хр-бр-бр-фр, – повторила коробка.

– Вас ждут, – секретарь перевела фразу на понятный язык, – проходите.

Следующий час я моталась по больнице, словно мяч, который пинают расшалившиеся дети. Харченко отправил меня к Ильцеву, своему заместителю, тот перебросил к начальнику архива, оттуда я поспешила в травматологию и была переадресована в неврологию, где милая Мария Степановна, порывшись в компьютере, воскликнула:

– Все верно. Анна Львовна Королькова, скоропомощный случай, перелом шейки бедра, черепно-мозговая травма, выписана пять лет назад в удовлетворительном состоянии с частичной амнезией. Лечащий врач Борис Петрович Молотков.

– Доктор по-прежнему здесь работает? – с отчаянием спросила я, устав от беготни.

– Конечно! – воскликнула Мария Степановна. – У нас практически нет текучки, коллектив замечательный.

– Здорово, – обрадовалась я. – Да только Молотков, наверное, уже ушел домой?

– Боря сегодня дежурит, он в ординаторской, – прозвучало в ответ, – последняя дверь справа по коридору.

Бог удачи явно решил сжалиться надо мной, наградить за утомительную суету.

Борис Петрович мирно пил чай с сушками.

– Анна Львовна Королькова? – удивился он. – Не помню, здесь поток, вылечился и уходи, мы стараемся долго никого не держать. А зачем вам она?

– Я из инюрколлегии, – соврала я, – Анне Львовне оставили наследство в США, вот и ищу даму.

Молотков поставил кружку:

– Много денег?

– Пара миллионов, причем не рублей, – вдохновенно соврала я.

– Черт! Повезло старухе, – с завистью отметил доктор. – Вы у нее дома были?

– Заглядывала, но Корольковой там нет.

– Умерла?

Я пожала плечами.

– Числится среди живых.

– А что родственники говорят? – поинтересовался Борис Петрович.

– Дочь алкоголичка, от нее ничего нельзя добиться, уверяет, будто мать отправили в роскошный дом престарелых и она там до сих пор живет. Адреса приюта пьяница не знает, назвала какое-то село, но у меня есть сильное подозрение, что она все выдумала.

– Интересно, – потер руки Борис Петрович и включил компьютер. – Сейчас поищу историю болезни. Да вы садитесь. Хотите чаю? Берите сушки, правда, они как из камня.

Я вежливо отказалась от угощения и, оседлав стул, стала ждать, когда Молотков обнаружит необходимые документы.

– Оказывается, я ее распрекрасно помню! – обрадовался Борис Петрович. – Перелом шейки бедра! Я к ней психиатра вызывал!

– Королькова буянила?

– Ну почему у людей психиатрия ассоциируется только с возбуждением? – укоризненно спросил врач. – Когда больной очень тихий, тоже неладно. Анна Львовна при падении ударилась затылком о край тротуара. Шок, стресс, много ли пожилому человеку надо, вот память ей и отшибло. Андрей Филиппович даже не хотел ей операцию на бедре делать, но сын его уговорил. Вот в этой комнате мы разговаривали, и сын воскликнул: «Анна Львовна очень деятельный человек, она не сможет остаток жизни провести в кровати». «А если она не выдержит вмешательства? – не поддался хирург. – Возраст отнюдь не юный, да еще травма головы». – «Она сильная, справится», – твердо сказал сын.

– Откуда у сына вашего Андрея Филипповича взялась уверенность в больших резервах организма Корольковой? – поразилась я. – Он тоже врач?

– Кто? – не понял Молотков.

– Родственник.

– Чей? – выразил недоумение Борис Петрович.

Тупость доктора стала меня веселить.

– Сын Андрея Филипповича!

– У него нет сыновей, только дочери – Таня и Наташа.

– Вы же только что сказали: «Хирург не хотел делать операцию, но сын его уговорил».

– Правильно, – согласился Борис Петрович.

– А теперь говорите о девочках!

– Так сын Корольковой, – засмеялся Молотков.

– У Анны Львовны дочь, – возразила я.

– Сын, – уперся Борис.

– Не спорьте, дочь зовут Марина, она пьяница, – настаивала я.

Молотков ущипнул себя за подбородок:

– Так. Попытаюсь восстановить события. Старуху привезли днем, по «Скорой», она упала под автобус, потом милиция приходила, им фельдшер сообщил. Но дело квалифицировали несчастным случаем. Анну Львовну положили в коридоре, мест в палатах не было! Ее готовили к простой операции, грубо говоря, гвоздь вбить, чтобы кое-как шевелиться могла.

– Разве в таком случае не ставят эндопротез?

– Только если вы его купите, – пояснил Молотков. – Титановый сустав дорогое удовольствие, бесплатно стальной штырь получают, но в этом случае нога часто короче делается, ходить потом не всякий сможет, поэтому люди для своих родственников выкладываются. Но не все. Перелом шейки бедра, как правило, бывает у пожилых, вот некоторые дети и думают: «Чего тратиться? Как-нибудь остаток лет доживет». Но Анна Львовна получила эндопротез.

– И кто его купил?

– Сын, – с непоколебимой уверенностью ответил Борис Петрович. – Я его вспомнил! Очень приятный человек, заботливый и внимательный, мы с ним обсуждали разные суставы, я честно его предупредил: «Немецкие лучшие, двадцать пять лет гарантии и хорошая статистика по реабилитации. Но они самые дорогие, можно подешевле найти». А сын возмутился: «Мне для мамы ничего не жаль! Вшиваем наиболее качественный! Хочу, чтобы она на ноги встала и подольше без проблем прожила».

Глава 13

– Благородно, – пробормотала я, – вы уверены, что беседовали с мужчиной?

Борис Петрович взял чайник, налил в кружку воду и спокойно ответил:

– Конечно. У Королькова были борода и усы.

– Отличная примета, – хмыкнула я.

– Мне ни разу не встречались женщины с буйной растительностью на лице, – хмыкнул Молотков, – хотя в учебниках сообщается о подобных казусах.

Я схватила баранку и сломала ее. Конечно, усатая тетенька не частое явление в нашей действительности, но если надеть пиджачную пару и приклеить себе бороду, можно сойти за парня.

– У Анны дочь, – тупо повторила я, – Марина.

– Сын, – вновь не согласился Борис. – Корольков Лев! Он еще сказал, что его назвали в честь деда!

– А паспорт вы у него спрашивали?

– Зачем? – искренне удивился доктор.

Я разозлилась на Гиппократа-пофигиста.

– Анна Королькова потеряла память, и вы отдали старуху мужчине, который представился ее сыном, не изучив его документы? А вдруг это самозванец, решивший похитить бабушку?

Молотков расхохотался.

– Ничего смешного нет, – я попыталась пресечь гоготание.

Борис Петрович кое-как справился с приступом смеха.

– Уважаемая Дарья, ни разу в жизни я не слышал более забавной шутки. Ладно бы Корольковой исполнилось восемнадцать лет, красивая, молодая женщина может пригодиться для разных целей. Или у Анны Львовны водились бы влиятельные родственники-олигархи. Но ни первое, ни второе не соответствует действительности. Старуха со сломанной ногой и практически умершей памятью! Таких не крадут, от них родичи, наоборот, пытаются избавиться, всеми правдами и неправдами хотят подольше их в клинике задержать! Какой смысл Льву Королькову тратить на постороннего человека большие деньги? Это нонсенс! У нее был сын! А в чем, собственно говоря, дело? Вы кто?

20
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru