Пользовательский поиск

Книга Легенда о трех мартышках. Содержание - Глава 11

Кол-во голосов: 0

Глава 11

Я взяла почтовую открытку. «Добрый день, Рая. После аварии я пришла в себя и сейчас снова рисую. Живу в роскошном санатории для одиноких пожилых людей. Здесь очень красиво: река, лес и милые люди. Я одна в комнате. Кормят хорошо, по-домашнему, есть врач, медсестра и большая библиотека. Я рада, что не мучаюсь в Москве вместе с Мариной. Из-за нее тогда со мной случилось несчастье, поэтому хочу забыть человека, который по недоразумению считается моей дочерью. Спасибо тому, кто меня сюда устроил. Раиса, я счастлива, у меня новая жизнь и вспоминать о прошлом не желаю. Я нацелена в будущее, сейчас готовлю картину на выставку. Простить Марину не могу. Любые призраки из прошлого меня нервируют. Переписываться нам не стоит. Я жива, здорова и счастлива. Надеюсь, ты тоже. Прощай. Анна Королькова».

– Когда Марина предложила поделить материну пенсию, я все-таки испугалась, – тихо сказала Рая, – и спросила: «Нас не поймают?» На что Марина ответила:

– Никогда, она же не выписана, по документам в квартире числится.

– Куда же Анна подевалась? – поинтересовалась Раиса.

– У нее после наезда с головой беда и ноги плохие, – ответила Марина, – ей постоянный уход нужен, она в санатории живет…

Логинова замолчала, потом изобразила рыдание.

– Ой, как плохо остаться на свете старой, больной, никому не нужной, ой…

– О каком наезде идет речь? – остановила я ее стоны.

Раиса вздрогнула, отвела в сторону глаза и быстро ответила:

– Под автобус она попала! Лет пять-шесть назад, уж не припомню точно. Аня зимой на остановке стояла, скользко было, тротуар нечищеный, кто-то ее пихнул, она упала и под колеса угодила, хорошо, шофер внимательный оказался, с места тронулся, услышал, что народ заорал, и тут же встал! Иначе бы переехал несчастную насмерть! Ногу она сломала и головой помутилась. Ударилась о бордюр и память потеряла.

Я уточнила:

– У Корольковой был инсульт?

Раиса пожала плечами:

– Точно не знаю, доктор говорил, что от удара сотрясение мозга вышло, а еще она испугалась! Вообще позабыла, как ее зовут. Я пришла Аню проведать, она лежит никакая, глазами хлопает, чушь бормочет! Ну я и успокоилась…

Логинова испуганно замолчала.

– Успокоилась? – зацепилась я за странный в таком контексте глагол. – Почему?

Раиса вздрогнула:

– Что?

– Почему вы успокоились, поняв, что соседка лишилась рассудка?

Старуха заморгала, попыталась изобразить улыбку, но губы ее не слушались, затряслись и побелели.

– Раиса Матвеевна, хотите денег? – нежно спросила я. – У меня есть при себе приличная сумма, которой я с удовольствием с вами поделюсь. Если вы сейчас мне расскажете правду, я ни одной живой душе не сообщу про ваши махинации с чужой пенсией. Выбирайте: деньги и мое молчание или визит милиции и неминуемый арест за подделку чужой подписи и присвоение денег.

Логинова вцепилась пальцами в стол и перестала корчить из себя малообразованную бабу.

– Я ее до дрожи боюсь, оттого и согласилась на аферу с получением денег.

– Вы боитесь Марины? – уточнила я.

– Дочь Корольковой страшный человек, – зашептала баба Рая, – убьет меня, как Аню.

– Марина лишила мать жизни?

– Пыталась, да не вышло, – еле слышно сказала Раиса. – Иди-ка сюда.

Старуха встала и поманила меня рукой в коридор, там она распахнула небольшой стенной шкаф, в котором висела верхняя одежда, и приложила палец к губам.

– Тсс!

Я замерла и услышала негромкое фальшивое пение:

– «Мой мармеладный, я не права», – бойко выводил девичий голосок. – Муси-пуси, джага-джага, о-ля-ля…

– Ах ты б… дура сучья, – вклинился мужской голос, – руки пообрывать, да…

Баба Рая захлопнула шкаф, на цыпочках вернулась в кухню, села за стол, подождала, пока я устроюсь напротив, и спросила:

– Слышала? Чего-то в нашей квартире строители намудрили, в других такого эффекта не наблюдается. Девка, которая пела, это Лена, жиличка Маринина, а мужик – Николай, они с женой надо мной живут, вечно матерятся, но это у них разговор такой. На самом деле у Коли с Ритой семья дружная, обзываются без злобы. А вот Марина с матерью друг друга ненавидели.

Начались скандалы после того, как девушка, познакомившись со скульптором, стала выпивать. Сперва Аня просто упрашивала загулявшую дочь образумиться, потом стала прятать от нее деньги. Марина злилась, орала, отнимала у матери пенсию. В день, когда произошел несчастный случай, они поругались насмерть.

– Не смей приближаться к парню, – потребовала Анна, – он мерзавец!

– Не твое дело, – завизжала дочь.

– Сам алкоголик, и тебя губит, – не останавливалась старшая Королькова.

– Я его люблю, – орала в ответ Марина.

В таком тоне беседа продолжалась около часа, а потом всегда державшая себя в руках Анна сорвалась. Раиса, которая в тот момент собралась за продуктами и застегивала на ногах сапоги, услышала звон и вопль Корольковой:

– Хватит! Прямо сейчас поеду к его матери! Пусть сына на цепь посадит! Расскажу про художества парня! Он не смеет мою дочь спаивать.

– Стой, сука! – завопили в ответ.

До слуха Раисы долетели треск, стук, а потом звенящий от злобы голос Марины:

– Ну погоди, я тебя убью! Убью! Убью!!!

Раиса схватила сумку и ушла, лишний раз радуясь, что не обзавелась собственными детьми, из-за пасынка, что бы он ни делал, не станешь переживать до слез.

В ближайшем магазине цены не обрадовали, Логинова решила съездить на рынок и пошла на автобусную остановку, там, как всегда, собралась толпа народа. Стояла зима, с неба сыпал снег, дорогу не чистили, транспорт работал с перебоями, и Рая приуныла, она даже хотела вернуться домой, но тут увидела Анну и обратилась к ней с вопросом:

– Куда собралась?

– По делам, – сквозь зубы ответила Королькова и отвернулась, давая понять, что не хочет говорить с Логиновой.

Раиса Матвеевна обиделась, но тут подъехал «Икарус», народ заволновался, Королькова оказалась непосредственно перед Логиновой, внезапно воспитательница почувствовала толчок в спину, да такой сильный, что стала заваливаться на бок. Дальнейшие события заняли считаные секунды: чтобы не упасть, Раиса попыталась уцепиться за плечо Анны, соседка обернулась, но Логинову снова пнули. Рая по инерции мотнулась вперед и сбила с ног Королькову, та упала, покатилась на мостовую, успев вскрикнуть:

– Рая!

Логинова зацепилась за какого-то мужчину, автобус дернулся, раздался вопль. Раису больно ткнули под ребра чем-то жестким, она повернула голову и встретилась взглядом с Мариной, которая, яростно орудуя локтями, пыталась выбраться из толпы.

– Задавили, – орали люди, – насмерть! Старуху переехали! Зовите «Скорую».

У Раи, которая, в отличие от остальных, поняла, что произошло, подогнулись ноги, с огромным трудом она выбралась из человеческой массы и рухнула на скамейку. Марина решила убить мать. Девушка действовала хитро, сама не стала толкать Анну под автобус, толкнула того, кто стоял за Корольковой. Очевидно, пьяница не узнала Логинову, зато Анна рассмотрела Раису, падая под колеса, она успела выкрикнуть имя той, кого приняла за убийцу. Совершив ужасный поступок, Марина поторопилась удрать, в момент побега она сообразила, кого избрала орудием преступления.

С ревом подъехала «Скорая».

– Жива, жива, – бубнили люди.

Логинова вскочила на ноги и с воплем: «Я ее знаю», – ринулась к врачам.

Сообщив медикам имя и фамилию пострадавшей, Раиса спросила:

– Куда вы повезете Анну?

– В больницу имени Расторгуева[9], – ответил фельдшер.

– Она будет жить? – не успокаивалась Раиса.

– Пока дышит, – огрызнулся парень, потом, очевидно, устыдился собственной грубости и объяснил: – Нога сломана и травма головы. Не тридцать лет бабке, организм уже не молодой.

Так и не купив продукты, Раиса приплелась домой и открыла шкаф, чтобы узнать, что творится в квартире Корольковой, но снизу не доносилось ни звука.

вернуться

9

Название придумано автором, совпадения случайны.

17
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru