Пользовательский поиск

Книга Император деревни Гадюкино. Содержание - Глава 4

Кол-во голосов: 0

Издалека послышалось меканье.

– Деда, Ленка нашлась, – запрыгала девочка, – кричит вон откуда, наверное, на поле убежала! Зря мы с тобой через забор лезли.

– А вот и нет, – потер ладошки «ветеран». – Дед на лекарство наткнулся! Беги, Анечка, за козой, тащи ее домой, я тут посижу и вернусь здоровым, а тебе мороженое куплю.

Девочка, кивнув, убежала, а пенсионер начал расстегивать брюки.

– Не смейте! – крикнула я.

Надо спешно прервать процедуру, но выскакивать голой из грязи не хотелось. И тут я вспомнила про тревожную кнопку, пошарила рукой по земле, обнаружила несколько настоящих шишек… и вдруг услышала «плюх».

В первую секунду я решила, что наглый пенсионер уже нырнул в ванну, но, посмотрев на подрагивающий слой грязи, заметила высовывающуюся оттуда круглую лягушачью голову с раздувающимся подбородком. Муляж был выполнен настолько искусной рукой, что я восхитилась талантом мастера, создавшего для бальнеологической лечебницы земноводное, до последней черточки похожее на живое.

– Ква, ква, ква, – ожила пучеглазая красотка.

– Пшла вон, – заявил дед и бросил в квакушку шишку.

Грушевидное зеленое тело резво выпрыгнуло на берег и ускакало в заросли травы.

– Она настоящая? – испугалась я.

– Уж не плюшевая, – меланхолично сказал дед и стянул с себя футболку.

– Помогите, – заорала я, – люди! Алла! Маргоша! Охрана!

– Экая ты, – зашипел дед. – Не хочешь ветерану помочь, я жизнь за тебя на фронте отдал! Вот молодежь неблагодарная выросла!

– Евлампия! – донеслось в ответ. – Вы где?

– Тут! – с нечеловеческой силой завопила я. – В ванне!

Дед плюнул на траву, схватил одежду и исчез за елями. Спустя мгновение передо мной возникла запыхавшаяся Маргоша.

– Слава богу, – выдохнула она, – фу! Я чуть не умерла! Что с вами стряслось?

Я очень редко злюсь на посторонних людей. Если продавщица в магазине меня не замечает или официантка не торопится с заказом – я просто уйду, не затевая скандала. Но сейчас моя нервная система не выдержала, и я налетела на Маргошу с упреками:

– За путевку отдано огромное количество денег, Алла обещала мне комфорт, омоложение и полнейший покой. Но действительность не похожа на ее слова! Купель неудобная, на бортике нет ручки, кнопку вызова медсестры трудно найти! Мне не дали полотенца, только халат! Прикажете топать в корпус мокрой? Где вешалка? Неужели трудно стул поставить? А главное, сюда проник безумный старик, он пытался залезть в ванну!

Маргоша молча слушала меня, закусив губу. Когда мое негодование выплеснулось, медсестра сдавленно проговорила:

– Уж не знаю, как вам сказать... Ларюхинцы иногда сюда лезут, знают, что нельзя, но все равно прутся. Пока Алла Михална землю не купила, местные в этот лес за грибами бегали, вот до сих пор и ходят по старой памяти.

На меня накатил новый прилив злобы.

– В этом случае крайне умно было оборудовать грязевую ванну на опушке. Это все равно что пикник на Тверской улице устроить!

Маргоша издала странный булькающий звук и пробормотала:

– Кому сказать – не поверят, Евлампия Андреевна...

– Обойдемся без отчества, зовите меня Лампой! – отрезала я.

– Лампа, – послушно повторила Маргоша, – не волнуйтесь, не падайте в обморок!

– С какой стати? – удивленно спросила я. – Я не истеричка!

Маргоша набрала полную грудь воздуха и выпалила:

– Потому что вы не в ванне!

Глава 4

– А где? – поразилась я.

– Просто в грязи, – хихикнула Маргоша, попытавшись оборвать некстати вырвавшийся смешок. Однако она в этом не преуспела, села на пень и захохотала во весь голос.

– Просто в грязи? – повторила я. – Вроде как в луже?

– Это лужа и есть, – согласилась Маргоша, вытирая рукой слезы, выступившие на глазах от смеха.

Я в растерянности оглянулась по сторонам.

– Понятно, почему отсутствуют вешалка, махровые простыни, стул и телефон. Значит...

С громким воплем я выскочила из ямы и закуталась в халат.

– Пойдемте скорей, – опомнилась медсестра. – Сейчас помоетесь, продезинфицируетесь, антибактериальный гель вам дам.

Около часа я приводила себя в порядок, бесконечно поливаясь жидким мылом и смывая его чуть ли не кипятком. В конце концов, устав, как заяц, удравший от охотников, я вышла в комнату отдыха. Маргоша ринулась мне навстречу.

– Лампа, вы, когда направились на процедуру, перепутали двери! Пошли не налево, а направо и оказались у выхода для сотрудников.

– Могу дать вам дельный совет, – мрачно сказала я, – прибейте таблички «Грязевая ванна» и «Посторонним выход воспрещен», и люди не перепутают лечебную купель с лесным болотом.

– Но у нас никогда не случалось проколов! – объявила Маргоша. – Вы пока единственная обмишурились!

Ну кто бы сомневался? Госпожа Романова – чемпион по части попадания в идиотские ситуации. Представляю реакцию домашних, если до их ушей дойдет правда.

– Лампа, дорогая, – робко завела Маргоша, – давайте никому не расскажем о вашем маленьком приключении!

– Не испытываю желания делиться этой историей даже с очень близкими людьми, – согласилась я.

Маргоша не смогла скрыть бурную радость.

– Вот спасибо! Хотите настоящую ванну принять?

Я поежилась. Ну уж нет!

– Лучше пойду в библиотеку, найду хорошую книгу и почитаю в номере.

– Отличная идея, – одобрила Маргоша, – не волнуйтесь, процедура не пропадет, я в любое время вам ее сделаю, задержусь после работы, приду раньше, только не выдавайте меня! Моргнуть не успею, как без работы останусь! Ну и день сегодня! Надька пропала, вы в луже поплескались, а уволят меня!

Я еще раз заверила медсестру в своем намерении молчать и пошла в книгохранилище.

Вспомнила, как, бегая за подарками перед самым Новым годом, я ухитрилась шлепнуться на улице и сильно разбила коленку. Пришлось по дороге зайти в поликлинику. Хмурая травматолог промыла мне рану перекисью, налепила пластырь и куда-то ушла. Клейкая пластина тут же отвалилась, я попыталась приспособить ее на прежнее место, потерпела неудачу, и кровь капнула на пол.

Едва врач вернулась, я сказала:

– Пластырь отклеился, дайте мне новый, иначе утонете здесь в моей крови. Похоже, перекись не помогла.

– Вот беда! – всплеснула руками последовательница Гиппократа. – Только что уборщица пол помыла! Сейчас я вам по всей науке повязку наложу, а то загваздаете линолеум, а мыть некому. Тетя Дуся домой уехала, придется мне самой за швабру браться.

Похоже, Маргоша – родная сестра той докторицы. Травматолог сначала решила по-быстрому отделаться от больной, приляпала пластырь и хотела выставить меня вон, а потом, чтобы самой не мыть пол, наложила повязку «по всей науке». Маргошу совершенно не беспокоят судьба коллеги и состояние здоровья пациентки, совершившей заплыв в луже. Заботит медсестру лишь одно: не дай бог начальство ее накажет.

В просторной комнате, набитой шкафами, царил прохладный полумрак, большие окна украшали плотные бархатные занавески, и пахло здесь так, как во всех библиотеках: немного пылью, старыми газетами и почему-то ванилью. Аромат специи защекотал нос, я чихнула.

– Будьте здоровы, живите богато, – неожиданно произнес чей-то голос.

От неожиданности я подпрыгнула.

– Мама!

В дальнем углу вспыхнул торшер, и я увидела Нину с книгой в руках.

– Напугала вас? Простите, я не хотела! – извинилась она.

– Ерунда, мне показалось, что здесь никого нет, – ответила я. – Что вы читаете?

– Сказки Андерсена. Только, знаете, они совсем не веселые! – протянула Нина.

– Да уж, – согласилась я. – Есть у него притча под названием «Большой Клаус и маленький Клаус», на мой взгляд – кромешный ужас, ребенку даже показывать не стоит. Да и в остальных произведениях Ганса Христиана мало доброты.

– У братьев Гримм не лучше, – подхватила тему Нина. – И еще, я не понимаю, почему «Муму» Тургенева включено в программу для чтения младшеклассников?

6
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru