Пользовательский поиск

Книга Диета для трех поросят. Содержание - Глава 24

Кол-во голосов: 0

Глава 24

После этого тягостного разговора Олег притих. Ирина видела, что брат испуган, впрочем, и она тоже была под сильным впечатлением от узнанного. Неизвестно, какими бы выросли младшие Ефремовы, не открой им тогда Михаил Олегович нелицеприятную правду, но после того памятного происшествия оба, что называется, взялись за ум.

Олег стал хорошо учиться, он живо восполнил пробелы в знаниях, и преподаватели теперь не могли на него нарадоваться. Ирина понимала, что у брата есть любовницы, но парень не бравировал успехом у женщин, наоборот, старательно скрывал свои похождения. Раньше по вечерам домашний телефон Ефремовых буквально надрывался от звонков, и Олег никогда не брал трубку.

Вернее, он просил Ирину:

– Ответь живо, спроси, кто. Назови имя вслух! Я подойду, если меня ищет Катя (Лена, Наташа, Оля, Галя, Маша, имена постоянно тасовались).

Теперь же аппарат оживал редко, и Олег не реагировал на звонкую трель.

Ирина начала успокаиваться, и тут случилась новая беда. Страшная, непоправимая.

Михаил Олегович накануне несчастья отбыл в Ленинград – его пригласили для консультации в одну из клиник. Ирина решила остаться на ночь у своей подруги, Леси Кароль. Не подумайте, что девушки затеяли вечеринку с приглашением молодых людей. После того памятного скандала Ира не желала общаться с представителями сильного пола. Больше всего на свете она боялась стать похожей на мать, поэтому перестала думать о романах. Они с Лесей просто попили чаю, посмотрели телик, посплетничали и мирно легли спать.

Около двух часов ночи надрывно заззвонил телефон.

– Сволочи! – простонала Леся. – Убить их мало! Ну неужели трудно правильно набрать номер?

Ира, тоже проснувшаяся, со смаком зевнула и пробормотала:

– Да уж, не повезло тебе.

Кароль родилась в семье известного актера, ее отец сделал почти невозможное по советским временам – купил любимой дочке кооперативную квартиру. Леся была счастлива очутиться одна в двухкомнатных апартаментах со всеми удобствами и телефоном. Но в последнем-то и таилась засада – номер Леси всего на одну цифру отличался от номера справочной аэропорта «Шереметьево», и девушке часто звонили с вопросами типа: «Когда прибывает рейс „Варна – Москва“ или „Задерживается ли самолет из Варшавы“. Еще хорошо, что тот телефон был международного воздушного порта, в те годы советские люди не так уж часто путешествовали за кордон. Хуже, если бы это был номер „Внуково“, тогда Лесе проще было поменять телефон.

– Что надо? – заорала Кароль, хватая трубку. – Идиоты! Ночь на дворе и… ага… да… сейчас… Это тебя!

– Меня? – изумилась Ира. – Кто? Алло, слушаю!

– Скорей приезжай! – голос Олега был едва слышен. – Умоляю, поторопись!

– Очень поздно, мне идти страшно, – справедливо заметила сестра, но брат уже отсоединился.

Ирина оделась и понеслась домой. По счастью, Леся Кароль жила в пяти минутах ходьбы от дома Ефремовых. Ира летела стрелой, понимая: произошло нечто экстраординарное.

Олег встретил ее в прихожей словами:

– Только не кричи! Надо что-то предпринять… Я ее не убивал! Это она напала, я уже сделал ей укол… Иди в кабинет, она там.

– Кто? – спросила девушка. – Ты про кого говоришь?

Олег поежился, ткнул пальцем в сторону своей комнаты и зашептал:

– Только не ори. Надо папе позвонить, а я не могу.

Ирина толкнула дверь в спальню брата и взвизгнула. В ту же секунду Олег зажал ей рот.

– Тише, – прошипел он, – соседи прибегут!

Сестра судорожно закивала. Ей открылось ужасное зрелище. На полу лежала Тигровна, из ее живота торчала ручка ножа, которым Михаил Олегович разрезал бумаги. Чуть поодаль в странной позе, привалившись к стене, сидела с закрытыми глазами мать.

– Умираю, – просипела Ирина, – мне дурно.

Олег оттащил сестру на кухню, налил ей рюмку водки и рассказал, что случилось.

Он спокойно провел вечер, мирно лег в кровать и решил почитать книгу. Роман оказался скучным, и Олег не заметил, как уснул. Проснулся он от чьих-то прикосновений, открыл глаза и обнаружил в своей постели женщину. В первую секунду он не понял, кто это, но уже через пару мгновений узнал мать и выскочил из-под одеяла. Было десятое октября, начало осени, а именно в это время у шизофреников бывает обострение. Алевтина Марковна выглядела абсолютно безумной.

– Мама, успокойся, – дрожащим голосом сказал Олег. – Сейчас позову Тигровну, она сделает тебе укол!

– Иди сюда, – кокетливо произнесла сумасшедшая.

Олег ринулся к двери, но мать оказалась проворней – вихрем выскочила из постели, вцепилась в сына и повалила его на пол. Тот, кто, на свою беду, сталкивался с психами, отлично знает: в момент приступа в больных просыпается нечеловеческая сила.

– Милый, – шептала Алевтина, – тебе понравится…

– Тигровна! – заорал Олег. – Скорее! Сюда!

В спальню влетела Натэлла. Мигом поняв, в чем дело, она кинулась в коридор к аптечке, прибежала назад с полным шприцем быстродействующего транквилизатора и крикнула:

– Олежек, попытайся ее удержать.

Что случилось дальше, парень описывал сумбурно. Алевтина Марковна дралась как тигрица, женщины носились из комнаты в комнату, как два вихря. В какой-то момент гувернантка замешкалась и сумасшедшая воткнула ей в живот кинжал, который лежал на столе Михаила Олеговича. Психиатр получил нож в подарок от одного пациента и любил сей сувенир, имевший очень острое лезвие. Тигровна рухнула на пол, Алевтина, радостно смеясь, наклонилась над ней. Как у Олега хватило мужества и сообразительности схватить шприц, выпавший из руки Натэллы, Ирина не понимала. Но брат не растерялся и вонзил в спину матери иглу. Лекарство, предназначенное для усмирения буйных пациентов, подействовало мгновенно, мать заснула еще до того, как Олег ввел всю дозу.

– И что теперь делать? – трясся Олег.

Михаил Олегович прилетел в Москву утром, дети встретили его, синие от ужаса. Психиатр имел много влиятельных друзей, поэтому сумел кое-как замять скандал. Ирина не знала, к кому он обратился, но никакого следствия не велось. Тигровна была одинокой, не имела родственников, способных поднять шум, к тому же в советской стране отсутствовала желтая пресса. Одним словом, семье удалось сохранить тайну. Смерть Тигровны объявили естественной, от инфаркта. Но несмотря на предпринятые меры, по Москве пополз слушок: в семье Ефремовых случилось нечто ужасное. Масла в костер подлила и скорая смерть Алевтины Марковны. Она скончалась через несколько месяцев после Тигровны. И если гувернантку Михаил Олегович отвез на кладбище почти тайком, то похороны жены ему пришлось устраивать с приличествующей случаю торжественностью. Коллеги профессора, закрывая лица пышными букетами, загадочно шептались. Но люди так и не узнали правды, хотя болтали всякое.

Через несколько месяцев после смерти Алевтины Марковны у Иры возникло ощущение, будто кто-то из их семьи случайно открыл ящик Пандоры [18], и оттуда роем вылетели все несчастья разом. Похоронив жену, Михаил Олегович сильно сдал, заболел и быстро умер. Кстати, спустя пару дней после трагедии с Тигровной абсолютно неожиданно погибла лучшая подруга Ирины Леся Кароль – на нее напали на улице, убили и ограбили.

Перепуганная, никогда не верившая в бога Ефремова тайком пошла в церковь и заказала молебен за здравие своей души. Самое интересное, что обращение к высшим силам помогло – для брата и сестры наступило спокойное время, они зажили почти счастливо. Олег делал карьеру, стал известным финансистом. Когда в России появились частные банки, Ефремов-младший начал зарабатывать немалые деньги и обеспечивал Ирину, которая занималась тренерской работой, а потом пристроилась инструктором в фитнес-клуб. Брат с сестрой были лучшими друзьями, они никогда не ссорились, и могли стать объектом для зависти, если б не одно обстоятельство. Им никак не удавалось наладить личную жизнь.

вернуться

18

В греческой мифологии Пандора – женщина, созданная Гефестом по приказу Зевса, в наказание людям за получение от Прометея огня. Пандора увидела в доме мужа, брата Прометея, ящик, набитый несчастьями, и, несмотря на запрет, открыла его. Беды разлетелись по свету. (Прим. автора.)

46
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru