Пользовательский поиск

Книга Диета для трех поросят. Содержание - Глава 3

Кол-во голосов: 0

Глава 3

Голос я обрела лишь около широкой стеклянной лестницы, ведущей на второй этаж особняка. Железная рука, сжимавшая мое горло, ослабила хватку, и я завопила:

– Вера!!!

Конечно, не совсем прилично столь панибратски обращаться к женщине, которая не только старше тебя, но еще и является клиенткой фирмы, в которой ты работаешь, но на отчество сил у меня не хватило.

Ничего не подозревавшая хозяйка дома выглянула из какой-то комнаты.

– Что случилось?

– Олег… он… сюда… скорей…

Вера вышла в коридор.

– Спокойно! Со всем можно справиться. Главное, не терять головы ни в какой ситуации! Олег тебе нахамил? Муж иногда способен на грубость. Я забыла предупредить: он мог испытывать к няне агрессию. Понимаешь…

– О возможности самоубийства вы тоже забыли меня предупредить? – прошептала я.

Вера Петровна моргнула, потом опрометью кинулась в «детскую». Я осталась на месте. В голову лезли абсолютно неуместные в создавшейся ситуации мысли. Ну и интерьер в особняке! Хай-тек разбушевался по полной программе. Сейчас я находилась в небольшом холле, где пол был выложен черно-белой плиткой, стены покрыты розовой краской, потолок переливался всеми оттенками голубого, с него свисала проволочная корзинка, набитая чем-то, напоминающим мятые листочки. Странное сооружение явно являлось люстрой, потому что бумажный мусор излучал приятный желтый свет. Еще здесь висели очень странные, на мой взгляд, картины. Взять хотя бы ту, что украшала пространство между двумя дверями: на ней была изображена негритянка, одетая в норковую шубу и красные сапоги. Все бы ничего, но дама восседала на унитазе, держа в одной руке сигару, а в другой полуобглоданную куриную ножку. Что хотел сказать этим произведением художник? Может, я не способна по достоинству оценить современное искусство? А лестница… Ступеньки у нее стеклянные, перил нет, конструкция подвешена на золотых цепях, которые крепятся непонятно к чему. Я, пожалуй, сумею заставить себя один раз пройти по ней вверх, но, боюсь, вниз уже не спущусь. Неужели хозяева легко бегают по этому кошмару туда-сюда?

Чья-то рука схватила меня за плечо, я взвизгнула и обернулась:

– Вы кто?

Высокая, коротко стриженная женщина в красном платье приложила палец к губам, ее круглые, как у совы, глаза стали огромными.

– Тише. Меня зовут Ирина. А вас?

– Татьяна, – промямлила я, – Татьяна Сергеева.

– Очень приятно, – зашептала собеседница. – Хотите коньяку?

Я машинально отметила, что дамочка в молодости была симпатичной. Родинка над верхней губой придавала ей пикантность, легкая курносость не портила впечатления.

– Вы хотите коньяку! – решительно повторила уже в утвердительной форме Ирина и дернула меня за руку в сторону лестницы. – Пошли!

Я посмотрела на прозрачное безумие и решительно отвергла ее предложение.

– Спасибо. Лучше я тут постою.

Ирина захихикала.

– Понимаю, я сама на второй этаж подняться не могу. Но вообще-то я предложила вам пройти на кухню. Это здесь.

Продолжая посмеиваться, женщина нажала на стену, та разъехалась в разные стороны, и открылась кухня, больше похожая на командный пункт космического корабля. Если вы видели фильм «Звездные войны», то поймете, о чем я веду речь.

– Садись, – по-свойски велела Ира, указывая на странное, блестящее сооружение, напоминающее скорее тумбочку из нержавейки, чем табуретку.

С некоторой опаской я устроилась на жестком сиденье, а Ирина принялась доставать бутылки. Она вроде бы собиралась угостить меня коньяком, но, очутившись у бара, начисто забыла о своем предложении. Сначала она вытащила маленькую пузатую емкость и сделала глоток прямо из горлышка, затем выудила из шкафа квадратной формы графин и тоже приложилась к нему, потом настала очередь штофа, заполненного красной жидкостью.

– Ира! – гаркнула Вера Петровна, вбегая в кухню. – Немедленно иди в свою комнату!

Ирина вздрогнула и стала оправдываться:

– Ничего плохого я не делаю…

– Вижу, – сурово перебила ее хозяйка дома.

– Надо человека угостить…

– Уходи в спальню!

– Она попросила коньяк, – жалобно заныла Ира, – нельзя же отказать. Скажи, Таня, ты сама выпивку потребовала, ведь так? Мне бы и в голову не пришло предложить спиртное!

Вера Петровна схватила даму в красном за руку, выволокла ее из кухни и через пару секунд вернулась назад.

– Извини, – устало улыбнулась она. – Наверное, ты уже поняла: Ира алкоголичка.

Я удивилась. Если в семье есть пьянчужка, то зачем на кухне открыто держат алкоголь?

– В бутылках сок – вишневый, березовый, виноградный, – объяснила Вера Петровна, будто угадав мои мысли. – В жидкость добавлено лекарство. Ирина совершенно неуправляемая, ведет себя на первый взгляд адекватно, но потом…

– Что с Олегом Михайловичем? – перебила я хозяйку.

– Он умер, я вызвала врача. Но когда «Скорая» сюда доберется, неизвестно – в городе жуткие пробки, – коротко ответила та. – Значит, так! Мы же не хотим неприятностей?

– А какие еще неприятности могут быть? – решила уточнить я.

Вера Петровна опустилась на соседний стул.

– Всякие, – пожала она плечами. – Если начнется следствие, выяснят, что я обращалась в «Прикол», газеты растрезвонят о том, что бизнесмен Ефремов скончался, будучи наедине с актрисой, и пойдет пляска с мордобоем. «Прикол» потеряет кучу клиентов, а тебя уволят.

– За что? Я ничего не сделала! Играла предписанную мне роль, а Олег схватил пузырек и сам его опустошил. – Сказала я.

– Это ты утверждаешь, – мягко возразила Вера. – Но свидетелей нет. Все могло быть иначе.

– Как?

Хозяйка обхватила себя руками.

– Муж охотно вступил в игру, а когда ты протянула ему пузырек и велела принять снадобье – ну, допустим, от кашля – послушался.

На секунду я потеряла дар речи, но быстро пришла в себя и воскликнула:

– Это бред! В лаборатории изучат склянку и не найдут на ней ничьих отпечатков пальцев, кроме как Олега.

– Ты была в перчатках.

– Нет!

– Докажи!

Я снова онемела, а Вера Петровна встала и принялась ходить туда-сюда по кухне.

– Для начала успокойся, – велела она. – Будет еще хуже, если приедет милиция и придется рассказывать про детскую, игру в няню и прочее. У Олега банк. Слух о том, что Ефремов был псих, немедленно полетит по Москве. Народ начнет забирать вклады… Короче говоря, этого нельзя допустить.

– Вам совсем не жаль мужа, – пробормотала я.

Вера Петровна включила чайник.

– Если честно, мне жаль себя, – откровенно сказала она, – Олег был болен, к настоящему времени стал почти неадекватным. Давай поступим так. Пока сюда едет врач, глотнем чайку, придем в себя, я тебе кое-что расскажу, а потом мы совместно примем решение о дальнейших действиях. Ни тебе, ни мне шум не нужен.

Я уставилась на Веру Петровну в полном недоумении. Ее самообладанию можно только позавидовать. Не всякая жена, пусть даже и тяготящаяся семейными узами, сохранит спокойствие, увидев труп супруга!

А хозяйка тем временем завела рассказ.

Олег и Вера поженились по любви. Они были уже не юными, но брак заключили впервые – оба сначала строили карьеру и в молодости думали лишь о работе. Вера вообще полагала, что семейная жизнь не для нее, отношения, которые она завязывала с мужчинами, завершались очень быстро. Может, дело было в ее профессии? Вера отличный психолог, и через месяц совместной жизни любовник становился для нее открытой книгой. Причем, как правило, букварем, а не философским трактатом. Веру раздражали лень, несобранность, неумение зарабатывать деньги, эгоизм, завышенная самооценка партнеров. Она уже отчаялась найти себе пару, ей даже стало казаться, что нормальных мужчин в природе не существует. И тут на прием к ней пришел Олег Ефремов. Никаких проблем у мужчины не имелось, зато была сестра Ирина, законченная алкоголичка. Олег испробовал разные способы борьбы с пагубным пристрастием сестры – возил ее по клиникам, не только российским, но и зарубежным, кодировал, вшивал «торпеды», очищал кровь, поил сборами трав… Положительного результата не наблюдалось. Выйдя из очередной больницы, Ирина пару месяцев вела трезвый образ жизни, а потом хваталась за бутылку, и все начиналось заново. Денег на пьяницу уходило немерено, но отнюдь не финансовые проблемы волновали Олега. Хуже всего дело обстояло у него со свободным временем. Ирина была неспособна жить одна, поэтому обитала с братом, и если тот задерживался на службе, немедленно впадала в депрессию и заливала тоску алкоголем. Когда Ефремов упрекал сестру, та с вызовом заявляла:

5
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru