Пользовательский поиск

Книга Диета для трех поросят. Содержание - Глава 2

Кол-во голосов: 0

Глава 2

– Ты что, только из койки вылезла? – прошипела Рената, когда я, запыхавшись, вошла в офис. – На кого ты похожа! Хоть бы спортивный костюм переодела!

– Сама велела мне бежать как есть, – напомнила я.

– Но я не предполагала, что твое «как есть» столь ужасно! – парировала хозяйка. – Иди сюда, в кабинет…

Все мое детство, потом юность и большая часть зрелости прошли около крайне недовольной дочерью мамы. Она постоянно делала мне замечания:

– Не горбись! Не чавкай! Не болтай! Не ленись! Учись отлично! Забудь о мальчиках! Сначала диплом – потом забавы!

Думаю, мама хотела воспитать идеального члена общества, подгоняла меня под некий живший в ее голове идеал, но я оказалась неблагодарным материалом и служила своим родителям вечным напоминанием их педагогической несостоятельности. Нет-нет, я не совершала ничего асоциального, не курила, не пила, впервые поцеловалась только на свадьбе, брачная ночь была у меня первой во всех смыслах этого слова. Я очень старалась понравиться собственной маме! Но если школьнице Тане и удавалось получить по математике четверку, дома ее незамедлительно спрашивали:

– Почему не пять?

Взяв в руки мою тетрадь с сочинением, мать возмущалась:

– Ну и почерк! Грязно! Не знаю, почему учительница поставила тебе отлично! Больше тройки ты не заслужила!

И папа, и мама скончались, а я так и не стала образцом для подражания. Великолепно знаю свои отрицательные качества: я ленива, медлительна, туго соображаю, пассивна, некрасива, слишком толстая и неповоротливая. Остается лишь удивляться, по какой причине Гри, под которого красотки укладываются штабелями, женился именно на мне. До сих пор меня терзает недоумение: ну что он во мне нашел? Да к тому же муж намного моложе.

Впрочем, я успешно пытаюсь прятать неуверенность за широкой улыбкой, хотя любые намеки на недостатки моей внешности жалят меня сильнее диких африканских ос. Но я очень хорошо понимаю: если покажу свою обиду, окружающие не замедлят этим воспользоваться.

Хотите совет от женщины, над которой постоянно издевались и одноклассники, и одногрупники? Едва кто-то, желая уколоть вас, воскликнет: «Вау! Ты сегодня страшнее атомной войны и явно прибавила в боках!» – не вздумайте надуть губы и заплакать. Жалеть вас не станут, и угрызений совести хам не испытает. Тут нужен иной способ борьбы. Широко улыбнитесь и с радостным выражением идиотки воскликните: «Верно! Прикинь, я хочу принять участие в соревновании „Самая толстая задница“. И начинайте громко хохотать. Пару раз проделаете подобный трюк, и от вас отстанут. Неинтересно ведь дразнить человека, который сам готов посмеяться над собой. Потом вы, конечно, порыдаете в ванной, за плотно закрытой дверью, но посторонние не должны об этом даже догадываться…

И сейчас, услышав слова Логиновой, я немедленно воспользовалась отработанным приемом.

– Что ты, сегодня я выгляжу просто чудесно! Вот вчера… Эх, жаль ты меня не видела, это были руины Черкизовского рынка.

– Почему именно его руины? – вдруг удивилась Логинова. – Обычно вспоминают про Помпеи.

– На Помпеи не тяну, – с ложной скромностью ответила я, – мой потолок – вещевая толкучка.

Рената захихикала.

– Ты обладаешь уникальным даром возвращать людям хорошее настроение, – заявила она.

– У меня случайно это получается, – пожала я плечами, не выходя из роли.

Логинова распахнула дверь и пропустила меня в свой кабинет.

– Вера Петровна, гляньте, подходит? А то фотография часто искажает человека. Хотя в нашем альбоме отличные карточки сотрудников.

Я лишь усмехнулась мелькнувшей мысли: если вы стали похожи на собственное изображение в паспорте, срочно проситесь в отпуск. А затем посмотрела на клиентку.

Худенькая, смахивающая на ощипанного воробышка женщина, опираясь на ручки, встала.

– О! Великолепно! – воскликнула она, окинув меня цепким взглядом. – Даже спортивный костюм в жилу, она обожала такую одежду. И грима много не понадобится. Потрясающее совпадение! Едем!

– Куда? – поинтересовалась я.

– Разве вам не объяснили? – встревожилась Вера Петровна.

– Я еще не успела, – сказала Рената.

– Катастрофа! Она не сможет выучить роль! – простонала заказчица и рухнула обратно в кресло.

– Татьяна наша лучшая сотрудница, – запела хозяйка.

Я приосанилась. Доброе слово и кошке приятно.

– Госпожа Сергеева у нас – суперпрофи, справляется с любыми заданиями легко, – продолжала нахваливать меня Рената.

Вот тут означенная суперпрофи насторожилась. Ох, не зря Логинова льет елей! Видно, приключилась на редкость масштабная неприятность.

– Хватит разговоров, лучше введите актрису в суть дела, – перебила Ренату Вера Петровна.

– Значит, так… – резко изменив тон, повернулась ко мне Логинова. – У Веры Петровна есть муж, Олег Михайлович. У них полное взаимопонимание, дом обеспеченный, проблем никаких.

– Замечательно, – встряла я со своим комментарием.

– Но в последнее время Олег загрустил, – вступила в беседу заказчица. – Всегда был веселым, очень остроумным, а тут совсем сник.

– Неприятности на работе? – предположила я.

– Ни малейшего намека, – отрезала дама, – его бизнес стабилен.

– Может… простите, конечно… любовница? – брякнула я.

Рената незаметно ущипнула меня, но Вера Петровна не разозлилась.

– Мой муж не ходит налево! Я ни о чем таком не знаю! – отвергла она мое предположение.

– А большинство жен и не знает о неверности супругов, – продолжала я. – Мало кто затевает адюльтер с целью сообщить о нем жене!

– Олег мне все рассказывает. Абсолютно! – заявила дама. – Супруг со мной предельно откровенен, я в курсе его дел и моральных терзаний.

Я опустила голову. Желание полностью душевно обнажиться перед другим человеком, пусть даже и близким тебе, является симптомом психического заболевания. У нормальных людей всегда есть некие секреты, большие и малые, которые даже под дулом пистолета не захочется озвучивать. Значит, либо мужик слегка не в себе, либо Вера Петровна обманывается.

– Естественно, я провела работу с мужем, – продолжала клиентка, – и в процессе разговора выяснила: он тоскует по временам своего детства. Понятно?

Мы с Ренатой одновременно кивнули.

– Чтобы Олег восстановился, я оборудовала для него комнату, воссоздала помещение, в котором он провел школьные годы, – вещала Вера Петровна. – Пришлось, конечно, потрудиться, но результат превзошел все мои ожидания. Да вы сами увидите. Олег вошел в детскую и прослезился. Кинулся меня обнимать, заплакал от счастья и сказал: «Теперь у меня есть угол, где я сумею полностью расслабиться. Спасибо, любимая!»

Вера Петровна осеклась, достала сумку, вытащила оттуда платок и начала промокать глаза, тоже прослезившись.

Я посмотрела на Ренату и незаметно покрутила пальцем у виска. Логинова развела руками. Заказчица убрала платок в недра ридикюля и вернулась к своему рассказу:

– Неделя прошла шикарно. Олег буквально возродился – опять шутил, смеялся. Но потом снова погас. И мне опять пришлось с ним работать.

– Думается, в данном конкретном случае лучше всего обратиться к специалисту, пригласить врача, – не выдержала я.

Вера Петровна положила ногу на ногу.

– Солнышко, я психотерапевт. Вам ясно? Я опытный специалист, обладаю обширной практикой и расчудесно разбираюсь в проблеме мужа. А она такова: Олег фактически рос сиротой при живых родителях, недополучил любви и ласки. Значит, просто следует наполнить пустой сосуд. Понятно?

Мы с Логиновой снова закивали.

– В ходе сеансов всплыло одно обстоятельство, – продолжала дама. – В семье Олега была домработница. Она заботилась о мальчике, помогала ему с уроками, хвалила его, а иногда и наказывала. Короче, исполняла еще и обязанности гувернантки. Именно Тигровна являлась для Олега символом спокойствия, бастионом надежности. Увы, старушка умерла, когда Олег учился в десятом классе. И с той поры в его сердце образовалась рана. Муж не может расслабиться, он не ощущает душевного комфорта.

3
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru