Пользовательский поиск

Книга Ядерный будильник. Содержание - Глава 33 Жертва

Кол-во голосов: 0

Крупнокалиберный пулемёт оставался замечательной идеей, и Харкевич уже посматривал в сторону оживившейся охраны, но тут все вдруг опять изменилось.

Увлёкшись аукционом, Харкевич как-то подзабыл, что в конечном итоге он не был здесь главным человеком. Он был просто исполнителем чужой воли, саму же волю олицетворяли совершенно иные люди.

И вот теперь на сцену вышел один из этих людей. Второй, раздвигая охрану и участников аукциона как ледокол мелкие подтаявшие льдины, прошёл к стойке с ящиком, отодвинул в сторону Харкевича и уставился на молодого чеченца, как на неизвестную науке форму жизни.

— Это что ещё за хрень? — спросил он бесстрастно. — Что ты несёшь, парень?

Чеченец оглянулся на свою группу — двое таких же молодых парней и третий, мужчина постарше, явный лидер среди них. Старший кивнул, и молодой чеченец ответил Второму, спокойно и обстоятельно.

— Бред какой-то, — сказал Второй, выслушав его. — Парень, ты понимаешь, что кто угодно может прийти сюда и рассказать такую же вот историю. А потом сказать — отдавайте мне бесплатно эту штуку.

— Это не история, — сказал чеченец. — Так было на самом деле.

Второй вздохнул, что означало высокую степень неудовольствия сложившейся ситуацией.

Между тем среди нескольких десятков мужчин, собравшихся на складе, шестеро совершенно точно знали, что изложенная молодым чеченцем история — абсолютная правда.

Четверо из шести были собственно чеченскими участниками аукциона. Пятым был Марат. Шестым — Бондарев.

5

Бондарев, Марат, а также четверо чеченских участников аукциона совершенно точно знали о следующем: в начале девяностых годов, в процессе вывоза советского ядерного оружия с территории бывших союзных республик, было утеряно или украдено до десятка переносных ядерных устройств, иногда также называемых «ядерными чемоданами». Часть из них была вывезена в арабские страны и использована как источник ядерного сырья при попытках создания ядерного оружия, остальные считались исчезнувшими в неизвестном направлении. Однако примерно в 2001 — 2002 годах, в момент очередного обострения чеченского конфликта, советские переносные ядерные устройства вновь возникли из небытия. К чеченским полевым командирам обратились некие среднеазиатские коммерсанты и предложили приобрести два «ядерных чемодана». Сделка состоялась на территории Казахстана, там же «ядерные чемоданы» были переданы чеченцам из отряда Чёрного Малика, прошедшим специальную подготовку. Они должны были перевезти устройства на территорию России и разместить их в больших городах, чтобы затем, угрожая применить ядерное оружие, потребовать вывода российских войск из Чечни. Но к тому моменту, когда чеченцы пересекли российскую границу, они были под колпаком у ФСБ. Там слабо представляли, что за груз находится у чеченцев, и ориентировали своих людей на «КамАЗ» со взрывчаткой. Операция по захвату оказалась удачной лишь отчасти — половина чеченского отряда была перебита, но четверым удалось уйти, унеся с собой оба «ядерных чемодана». Эта группа затем разделилась надвое и стала уходить в глубь территории России.

На этой стадии в дело вмешалась Контора. Бондарев и Марат двое суток шли по следу одной из групп в предгорьях Южного Урала. Они нашли «ядерный чемодан» и людей, которые тащили его на себе. Второй «чемодан» так и не был найден. Чеченцы не вышли на связь со своими командирами и не добрались до пункта назначения. После прошествия некоторого времени было решено считать, что курьеры вместе с грузом сгинули в лесах — и Бондарев после близкого знакомства с тамошней природой считал это весьма возможным.

Но вот теперь перед ними стояло переносное ядерное устройство, аналогичное тому, что исчезло пару лет назад. И если Бондарев ещё мог сомневаться в том, что перед ним именно то устройство, то чеченец не сомневался ни капли — он показывал какие-то метки на ящике, он показывал на серийный номер «чемодана»…

Однако к этому моменту Бондарева больше интересовал не «ядерный чемодан», а кое-что другое. Кое-что гораздо более важное.

— Мы уже за него заплатили, — повторял тем временем молодой чеченец. — И больше платить не будем. Это наша вещь, вы должны её отдать…

Второй разочарованно вздохнул и посмотрел на прочих участников аукциона. Те выглядели озадаченными и неприятно удивлёнными.

— Господа, — сказал Второй. — Сейчас мы все уладим. Не волнуйтесь.

Однако господа волновались и весьма громко выражали своё недовольство. Один серьёзный мужчина в тёмном костюме так разволновался, что попросил воды.

Он так и сказал:

— Принесите воды, кто-нибудь! Эй, парень!

— Я? — переспросил Алексей.

— А кто же ещё… Принеси воды, пока меня удар не хватил.

Алексей принёс бутылку минералки.

— А стакан? — серьёзный мужчина скорчил недовольную физиономию. — Что, трудно было догадаться?

— Сейчас, — сказал Алексей, поспешно отступая назад. — Стакан. Сейчас.

Он побежал к двери, у которой находилась лестница наверх. Бежал и повторял в уме слова, шёпотом сказанные Бондаревым за секунды между: «А стакан?» и «Что, трудно было догадаться?»

Он бежал по ступеням наверх и повторял: «Телефон. Директор. Чёрный Малик».

Телефон. Директор. Чёрный Малик. Это означало — найди телефон, позвони Директору. Скажи — Чёрный Малик здесь.

Здесь и сейчас.

Глава 33

Жертва

1

Если для Алексея Белова или Бондарева сложно было найти сам телефон (поскольку все мобильные были отобраны у участников аукциона, да к тому же внутри бетонного склада мобильная связь и не работала), то у Дюка возникли проблемы иного рода. У него в распоряжении была куча телефонов, проводных и мобильных. Но с их помощью он пока ничего не мог поделать.

Было нечто сюрреалистическое в человеке, который ранним летним утром бежит по тихой улице, прижимает к щеке мобильный телефон и кричит в него какие-то страшные и непонятные слова… И лицо у него такое, будто вокруг не солнечное утро, не застроенная аккуратными кирпичными коттеджами улица, а что-то вроде ворот ада. И на лице бегущего — страх. Возможно, не за себя, за кого-то другого, но что это страх — совершенно точно.

Дюк поднял с постели огромного адвоката, Дюк дозвонился до заместителя прокурора, Дюк дозвонился до дежурного СИЗО.

Адвокат сонным басом напомнил, что он ещё официально не является адвокатом Беловых, а стало быть, не может требовать свиданий и вообще не может предпринимать никаких действий, касающихся…

Заместитель прокурора предположил, что Дюк драматизирует ситуацию, что как раз СИЗО и является наиболее безопасным местом для Беловых, потому что на свободе они могли бы стать лёгкой мишенью для мести вдовы Фоменко, которая в свою очередь не такая уж и…

Старый адвокат Беловых, назначенный государством, испугался звонка и, услышав голос Дюка, выронил трубку, а затем Поспешно выдернул телефонный провод из розетки.

Дежурный СИЗО сказал, что за истёкшие сутки никаких происшествий в следственном изоляторе не зафиксировано, и повесил трубку.

В половине седьмого утра огромный адвокат неуклюже вывалился из недр подержанной «Волги» возле входа в СИЗО.

— Кто бы мне объяснил, что я тут делаю, — басил он, пытаясь застегнуть пиджак, но промахиваясь мимо петель. Дюк схватил его за руку, подтащил к двери и заставил нажать на кнопку звонка.

— Когда всё кончится… — сказал Дюк.

— Извините? — не понял адвокат.

— Когда всё кончится, отрицайте, что мы когда-либо раньше встречались.

— А…

— Вы случайно встретили меня минуту назад на этом самом месте.

— Я не пони…

— Все, поздно объяснять.

Входная дверь СИЗО с металлическим скрипом приоткрылась, а у адвоката возникло очень нехорошее предчувствие. Он вспомнил, сколько денег было им получено вчера от Дюка, и с сожалением подумал, что надо было взять больше.

86
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru