Пользовательский поиск

Книга Рекламный трюк. Содержание - 34

Кол-во голосов: 0

Тут опять затрезвонил городской телефон. Селезнев из Москвы прорвался, наконец, по междугородной, но сказал лишь несколько слов:

— Есть дело. Разговор не телефонный. Селезнев не знал, что милиции так и не удалось установить глобальное прослушивание через АТС, да и Каменев тоже не был в этом уверен.

Поэтому шеф «Львиного сердца» сходил в соседний номер, тоже занятый его людьми, взял там еще один сотовый телефон и перезвонил в московский офис.

— Ну, что там у тебя?

— Борис Бояров — знаешь такого?

— Видел пару раз. А что с ним?

— То же, что с Горынычем и Диней. Только он успел выскочить из квартиры, когда по ней шарахнули из базуки. И пришел к нам. Явно что-то знает, но не говорит.

— Бояров, Бояров… Да, с Горенским он работая, но, насколько я знаю, по мелочи.

— Вот именно. Бояров переправлял за бугор девиц для кабаков и стриптиза. А Горыныч, вроде бы, поставлял ему товар из своих отходов. Но это так, слухи.

— Очень интересно, — Каменев на мгновение задумался. — А как он сам объясняет покушение?

— А никак не объясняет. Психует. «Я вас нанимаю, и не задавайте вопросов».

— Деньги у него есть?

— Думаю, немного. Пока заплатил за неделю.

— О'кей. Держи его под колпаком. Я скоро приеду.

— Как у вас дела?

— По-прежнему. Позвонил какой-то тип, сказал, что знает, где прячут Яну. Но он думает, что мы тоже знаем, и что это — рекламный трюк. Хочет его разоблачить, если мы не заплатим десять тысяч.

— Так пусть разоблачает. Мы же хотим найти Яну — вот он и расскажет. Не все ли равно кому, нам или всему свету?

— Не скажи. Во-первых, если он, и правда, что-то знает и об этом раззвонит, то антиподы, как пить дать, убьют Яну. Или покалечат, как минимум. Во-вторых, он может ничего не знать и просто болтать по пьяни. Говорил он нетвердо. А может, это вообще псих.

— Что думаешь делать?

— Он забил «стрелку». Надо сходить. Если дилетант — мы его быстро раскрутим. Если профи — все равно след будет. Только это не профи.

— А похитители молчат?

— Молчат пока. Мы подготовили «Кукольный театр» и закинули крючок по телевизору. Ждем-с.

И как раз в этот момент, как по заказу, зазвонил городской телефон, и Серебров, подняв трубку, услышал:

— Информация. Ружевич. Станция Дачное. Триста метров от платформы в сторону города. Забрать немедленно.

Положив трубку, Серебров обернулся к шефу и рказал:

— Кончай базар. Они позвонили.

— Что там?

— Послание, — ответил Серебров и добавил, имитируя манеру речи похитителя: — Забрать немедленно.

Каменев быстренько свернул разговор с Москвой, ахнул рукой Сереброву, и они быстренько спустись по лестнице. Их машина помчалась в сторону Дачного, а за ней увязался оперативный «жигуленок» угрозыска. Пакет с портретом Яны Ружевич нашли довольно быстро — в нем на этот раз оказалась не кассета, а компьютерная дискета.

Милиция попыталась тут же наложить лапу на находку, но ребята из «Львиного сердца» оказали сопротивление, которое выразилось в побеге с места происшествия. В процессе погони — вернее, убегания от нее — Каменев переписал дискету на винчестер своего ноутбука, после чего убегание прекратил и дискету отдал. Его попытались тут же задержать по обвинению в сопротивлении сотрудникам милиции, но вскоре отказались от этой затеи, убоявшись прокурорского гнева. Впрочем, рядовые розыскники и пэпээсы, может, и не посмотрели бы на знакомство Каменева с прокурором, однако ситуацию разрядил Ростовцев, приехавший на место позже других.

Вернувшись в гостиницу, Каменев собрал всю свою команду в люксе, приказал еще раз провести проверку на наличие в помещении и его окрестностях подслушивающих устройств, а сам тем временем выслушивал доклад сотрудника, ездившего к автомату, откуда звонил новый шантажист.

Докладывать тому, собственно, было нечего. Оперативник опоздал, и звонивший успел уйти незамеченным. Опрос людей, находившихся поблизости, никакой пользы не принес.

Покончив со всем этим, команда приступила к уточнению деталей операции «Кукольный театр» в свете вновь открывшихся обстоятельств, связанных с содержанием нового послания похитителей.

34

Незадолго до этого в соседнем областном центре» где были не только армейские склады, но и целый оружейный завод, состоялась тайная сделка, которая прошла практически незамеченной. Отличная, почти новая видеокамера профессионального класса была обменена на оружие: автомат Калашникова, неплохой самодельный пистолет и несколько гранат — не слезоточивых, а самых настоящих боевых. Кроме того покупатель оружия получил еще и доплату в наличных рублях.

Говорила эта сделка только об одном. Гена, главный из похитителей Яны Ружевич, пошел вразнос и последние остатки здравого смысла покинули его. Если раньше операция финансировалась за счет таксистского заработка Казановы и разных мелких спекуляций, но теперь Крокодил принялся распродавать вверенное ему чужое имущество. Казанова хоть и не одобрял этого, но мешать не стал. В конце концов, если все-таки удастся получить выкуп, то Марику можно будет вернуть деньги за проданное имущество, и даже с лихвой. А если операция провалится, то будет тем более все равно.

— Ну, и что дальше? — спросил Казанова, когда Гена привез покупки на «тойоте».

Злоупотребления Крокодила коснулись и этой машины, ездить на которой Марик Калганов ему отнюдь не разрешал, а наоборот, велел беречь как зеницу ока, холить, лелеять и держать безвылазно в запертом на все замки гараже.

Поначалу похитители собирались использовать «тойоту» только один раз — непосредственно во время похищения. Причем сначала предполагалось, что участвовать в деле будут четыре человека, но Гена то та побоялся, то ли не смог привлечь четвертого. Поэтому «тойоту» пришлось на несколько минут оставить без присмотра на улице, пока проворачивалась вся эта комбинация с угнанными «Жигулями» и такси (таксомотор был совершенно доподлинный, тот, на котором Казанова зарабатывал деньги — они только меняли номера). «Тойота» стояла на тихой улочке километрах в трех от того места, где переодетую и опьяненную Яну посадили в такси. Казанова быстро, но без грубого нарушения правил домчал свой таксомотор до этой точки, после чего Гена перебрался в «тойоту», и две машины отправились к месту общей пересадки разными путями. Все было продумано великолепно и прошло без сучка и задоринки.

В тот день, поставив машину в гараж. Крокодил не думал, что ему придется воспользоваться ею снова. И не только потому, что Марик это запретил — Гена плевать хотел на Марика с высокой колокольни. Просто опасно было ездить на чужой машине без доверенности и глупо было бы попасться на такой мелочи, проворачивая дело на три миллиона долларов.

Но когда Казанова наотрез отказался ехать за оружием на своем такси, Крокодил психанул, хлопнул дверью, плюнул в пол и уселся в «тойоту».

Это было чудовищной глупостью. Пока он ездил в соседнюю область, Казанова, занимаясь в «темнице» любовью с пленницей, все время спрашивал себя: «Почему я еще здесь?» В его мозгу ежеминутно всплывала одна и та же тема — кажется, из фильма «Двенадцать стульев» с Андреем Мироновым: «Пора удирать! Пора, брат, пора». Но тут же пробегало, как мираж, фантастическое сияние, то ли зеленое, то ли золотое, и имя ему было миллион долларов — вернее, целых полтора миллиона, поскольку Уклюжий выпал из доли, а сумму выкупа Крокодил уменьшать не стал.

Это сияние удерживало Казанову от немедленного бегства. И он дождался возвращения Гены.

Крокодилу опять повезло. Хотя операция с самого начала пошла наперекосяк, в самые острые моменты обоим ее участникам все же улыбалась фортуна. Иначе они давно сидели бы в кутузке, а может, лежали бы в морге. Но удача еще не повернулась к ним спиной, и это давало надежду на благополучный исход всего дела.

— Ну, и что дальше? — спросил Казанова, когда Крокодил раскладывал на столе свои покупки. — С кем мы будем воевать?

22
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru