Пользовательский поиск

Книга Рекламный трюк. Содержание - 33

Кол-во голосов: 0

— Присаживайтесь, — предложил Селезнев. Он славился своим умением успокаивать людей еще с тех времен, когда пилотировал пассажирские самолеты. Однажды ему удалось прекратить панику в падающем лайнере — правда, после той памятной жесткой посадки Селезневу пришлось оставить авиацию и сменить род деятельности. Но и на новом месте это его умение успокаивать людей оказалось очень полезным. Чаще всего именно Селезнев вел переговоры с клиентами, даже если Каменев был на месте.

— Присаживайтесь. Расскажите подробнее о своих проблемах. Думаю, мы сможем вам помочь.

— Меня хотят убить, — произнес Бояров банальную фразу, игнорируя предложение присесть. — Мою квартиру взорвали сегодня ночью.

— Вы знаете, кто это сделал?

— Понятия не имею.

— Но у вас есть какие-нибудь подозрения?

— Слушайте, эти идиотские вопросы мне только что задавали в милиции. Мне нужна помощь, а не допрос!

— Понимаете, успех охраны всегда зависит от информированности охранников. Зная, в чем дело, мы сможем надежнее вас защитить. Если это криминальный наезд, то мы могли бы воздействовать непосредственно на ваших обидчиков. Это эффективнее, чем прикрывать вас своими телами.

— Нет, это не наезд. И мне нужны охранники, которые прикроют меня своими телами, если понадобится.

— Хорошо, — кивнул Селезнев и назвал цену, за которую «Львиное сердце» предоставляло круглосуточную охрану рядовым клиентам.

Цена произвела на Боярова вполне определенное впечатление. Он еще не привык к таким цифрам. Но жизнь дороже денег, и Бояров, подсчитав в уме свои ресурсы, сказал:

— Мне нужна круглосуточная охрана. Четыре человека, днем и ночью. Плачу вперед за неделю, а там посмотрим, — с этими словами он достал из кармана солидную пачку долларов.

— Все расчеты в рублях, — заметил Селезнев.

— Я не могу выходить на улицу без охраны. Они охотятся за мной.

— Хорошо. Эту проблему тоже можно решить. Но почему вы уверены, что через неделю опасности уже не будет?

— Я абсолютно ни в чем не уверен. Но надеюсь, что через неделю меня уже не будет там, где есть опасность.

— Ладно, с этим тоже ясно. Займемся контрактом. Ваше имя?

— Бояров, Борис Федорович.

Селезнев замер и глаза его расширились. Со вчерашнего дня, когда заместитель шефа «Львиного сердца» приступил к изучению дел и контактов Горенского и его фирмы, это имя ему было очень хорошо знакомо.

— Так. И вашу квартиру взорвали? — переспросил он.

— Да, — ответил Бояров, удивляясь, почему вместо формальной вежливости собеседник вдруг проявил искренний интерес.

— Ее обстреляли из гранатомета?

— Да, — подтвердил Бояров, удивляясь еще больше.

— Вы имели общие дела с Горенским и Денисовым?

— А вам что за дело? — возмутился Бояров. — Я же не спрашиваю, какие у вас дела с Горенским! Если вы не можете мне помочь, так и скажите — я обращусь к другим.

— Хорошо, если это тайна, то я не буду задавать вопросов. Мы можем вам помочь. Вы на машине?

— Нет. Я не решился сесть в свою машину. Вдруг она заминирована.

— Ясно. Наши люди доставят вас к дому и все досконально проверят. Подождите здесь, пожалуйста.

Селезнев вышел из кабинета и стремительно промчался по коридору в комнату резерва. Одного человека он сразу посадил на телефон — собирать свободных сотрудников и «вольных стрелков», которых «Львиное сердце» звало на подмогу, когда становилось горячо.

Двоим лучшим из резерва Селезнев сказал:

— У меня в кабинете сидит клиент, у которого были левые дела с Горенским и Денисовым. Похоже, за ним охотятся, а он сам знает больше, чем говорит. Надо взять его под охрану и заодно проследить, что он будет делать. Короче, я даю ему четырех человек, как он просит, и посылаю следом группу наблюдения. Клиента надо сохранить в целости, как минимум, до приезда шефа, если он не решит иначе. Я сейчас ему позвоню, но когда он соизволит приехать и захочет ли — это вопрос. Не захочет — его дело.

Селезнев попытался дозвониться до Каменева по сотовому каналу, но не смог. Тогда он набрал код города и телефонный номер того самого люкса, где раньше жил Горенский, а теперь остановился Каменев. Но из трубки донеслись короткие гудки.

33

Звонил Каменеву мелкий видеопират Толик Гусев. Некоторое время он потратил на дозревание до решительного поступка, а потом окольными путями выяснял, с кем можно связаться вместо Горенского, отыскать которого не могли даже спецы из угрозыска. И вот наконец Толик дозрел и все, что мог, выяснил.

Во время вызревания и поисков он день и ночь убеждал себя, что его шантаж может удастся и что похищение Яны Ружевич — действительно рекламный трюк Горенского, который должен поэтому страшно испугаться разоблачений, которыми Толик ему пригрозит.

В последние часы перед звонком Толик набирался наглости, используя для этого опробованный многими поколениями метод. Он в одну харю накачивался алкоголем, вперившись при этом в экран телевизора, где крутился порнофильм. Девушки в кадре были что надо, и Толик упорно думал о том, как будет трахать таких же девочек стаями, когда Горенский ему заплатит. После каждой рюмки он набирал номер каменевского люкса, но дозвониться никак не мог и в конце концов уснул.

Если бы он-таки дозвонился в этот момент, то его мгновенно вычислили бы и люди из «Львиного сердца». Милиция тоже пыталась прослушивать эти телефоны каменевской команды, но без особого успеха.

Но проснувшись и поправив мозги, следуя древнему методу лечить подобное подобным, Толик стал рассуждать более здраво и пошел звонить на улицу. И оказался более настойчив, чем в первый раз — прежде всего потому, что выпивки не было под рукой.

Был он теперь не пьян, а лишь навеселе — наглости в самый раз, А потому не мялся и не мямлил, а с места в карьер выпалил все, что хотел.

Короче, мужики, — сказал он в трубку, когда Каменев откликнулся на звонок и назвал свою фамилию, — Я все про ваши дела знаю. И где вы свою бабу прячете краденую, знаю, и зачем, тоже знаю. Десять тыщ баксов — и никому не скажу, крутите дальше. А то позвоню во все газеты, и на телевидение позвоню, и на радио, и все расскажу — тогда вам эта реклама боком выйдет — ты понял, мужик?

— Понял, — без эмоций сказал Каменев и, отстранившись от трубки, шепнул коллегам. — По-моему, псих.

— Тогда слушай, — продолжал Толик. — Деньги принесешь послезавтра в двенадцать ночи на пустырь за нефтебазой. Приходи один и без оружия. Не пытайся меня обхитрить. Все, что я знаю, спрятано в надежном месте. Если со мной что случится, сразу же все будет в газетах.

— Псих, — согласился с шефом Серебров, слушавший разговор по отводному каналу» который спецы «Львиного сердца» сделали сразу по приезде в отель, — Начитался боевиков.

Специалист по связи тем временем возился с приборами, выясняя, откуда идет сигнал. Милицейские слухачи делали в это время примерно то же самое и кусали себе локти. Прокурор до сих пор не дал разрешения на официальное прослушивание канала через АТС и вообще оказывал частным сыщикам странное покровительство. А комнатные «жучки» каменевская аппаратура глушила без труда, и милиции оставалось только регистрировать звонки. Если нельзя узнать, о чем говорят, то надо хотя бы определить, откуда звонят.

— Короче, скажи своему Горенскому, что я не шучу и он зря прячется. От меня все равно не уйдет.

— А может, не псих, — сказал Каменев, когда шантажист закончил разговор. — Может, кто-то из антиподов напился и решил с нами поиграться.

«Антиподами» в «Львином сердце» называли потенциальных и реальных противников охранного агентства и его клиентов.

Парень, который возился с приборами, среагировал на реплику шефа мгновенно.

— Это рядом. Я съезжу, — и не дожидаясь ответа, выскочил за дверь.

— А может, какой-нибудь левый тип что-то узнал и решил подзаработать, — предположил Серебров и стал звонить сотруднику в машину, поскольку тот забыл сказать, откуда все-таки звонили, а свой прибор машинально выключил.

21
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru