Пользовательский поиск

Книга Негодяи и ангелы. Содержание - 36

Кол-во голосов: 0

36

И вот, еще не доведя до конца организационные мероприятия, Арик Чудновский подал в рекламные газеты объявление следующего содержания: «Новое издание оригинальной направленности приглашает к сотрудничеству журналистов, фотографов, фотомоделей, а также специалистов по работе с компьютером, дизайну и верстке». А Лариса Бабушкина после появления в ее квартире Юры Гарина как раз стала активно искать работу, где платили бы больше, чем получает санитарка в областной больнице. Объявление от имени «нового издания оригинальной направленности» не подходило ей ни по каким статьям. Лариса не была ни журналистом, ни фотографом, ни специалистом по работе с компьютером, ни даже фотомоделью. Для последнего рода занятий у нее было не очень подходящее лицо — простое, невыразительное, деревенское, с признаками вырождения, доставшимися по наследству от предков, беспробудно пивших на протяжении многих поколений. Таких девушек вокруг полно, и многие из них вполне благополучно находят мужа, рожают детей и внушают дочкам, что не в красоте счастье. Так полагала и Лариса до тех пор, пока ее Алексей не произнес однажды фразу.

— Ой, Ларка, до чего же ты красивая!

— Да не ври ты, — откликнулась Лариса, посчитав это обыкновенным комплиментом из тех, какие влюбленные мужчины говорят любимым женщинам. Однако Лешка вовсе не врал. Дело было в безлюдном месте на берегу озера, и Лариса как раз выходила из воды обнаженной и с распущенными волосами. А фигура у нее была — дай Бог каждому. Волосы, правда, не впечатляли, но только до тех пор, пока Лариса мыла их хозяйственным мылом и завязывала в узел на затылке. А когда она стала мыть волосы шампунями на травах и держать их распущенными — положительный эффект наступил незамедлительно. Так что Алексей не врал. Он лишь немного преувеличивал. На самом деле Лариса писаной красавицей все-таки не была. помимо тела и волос в общей картине красоты определяющую роль играет лицо, а оно оставалось некрасивым, и Лариса ничего с этим поделать не могла. Единственное, чего смог добиться Алексей — это убедить Ларису, что некрасивое лицо — еще не повод для того, чтобы хоронить себя заживо. А еще он научил Ларису без стеснения заговаривать с незнакомыми людьми, в том числе и по телефону. И Лариса позвонила по объявлению. На роль фотомодели она претендовать не стала, на другие должности — тем более, а спросила лишь.

— Вам не нужна уборщица? Не то чтобы Ларисе очень хотелось наняться уборщицей в какое-то «издание оригинальной направленности» — просто ее привлекло слово «компьютер». В последние дни она очень много думала о том, где бы научиться набивать тексты на компьютере и отсылать их по электронной почте. И Ларисе очень повезло, что попала она на самого Арика Чудновского, а не на девушку, которую он посадил в офисе отвечать на звонки. Потому что Арик про уборщицу не подумал и секретарше не сказал — и та наверняка ответила бы Ларисе, что никакая уборщица им не нужна. А Чудновский, услышав в трубке молодой приятный женский голос, сразу заинтересовался, почему эта девушка просится в уборщицы, когда в объявлении сказано, что требуются фотомодели.

— Я в фотомодели не гожусь, — сказала на это Лариса. — Я некрасивая.

— Это понятие растяжимое, — возразил Арик. — При современном развитии науки и техники можно превратить уродину в красавицу за десять минут. А вы, надеюсь, не уродина.

— Ну, не так чтоб совсем… — произнесла Лариса неуверенно.

— Ну вот, тем более. Благодаря поддержке Шерстобитова Арик не испытывал недостатка в натурщицах.

Правда, «Верховный Понтифик» не хотел терять слишком много денег и предоставлял Арику не больше двух девушек одновременно — но и этого было вполне достаточно. Однако прежние неудачи на любовном фронте породили у Арика характерный комплекс: он хотел иметь в своем распоряжении много женщин, как можно больше, и не для того даже, чтобы с ними спать, а для того, чтобы наслаждаться своей властью над ними. Властью, которую дают деньги.

— Остается решить один маленький, но важный вопрос, — сказал он Ларисе. — Вы согласились бы сниматься без одежды? Год назад Лариса после этих слов бросила бы трубку и долго материла бы перед молчащим телефонным аппаратом извращенца, который осмелился ей такое предложить. Но Алексей повернул ее взгляды по этому вопросу если не на 180 градусов, то уж на 90 по крайней мере, и теперь она только спросила.

— А без этого нельзя?

— Без этого? Можно, но нежелательно. Обнаженная натура выше ценится.

— А знаете что… — произнесла Лариса после небольшой паузы. — Вот у вас в объявлении написано, что вам нужен специалист по компьютерам…

— А вы специалист? — удивился Арик.

— Нет. Я вообще не умею… Но мне очень надо научиться. Очень-очень. Если вы мне поможете, то я согласна на что угодно.

— Ну, с этим никаких проблем. Когда компьютер свободен, работай сколько твоей душе угодно. А за съемки я плачу достаточно, чтобы тебе хватило на любые курсы.

— А электронная почта у вас есть?

— Этого добра навалом. И электронная почта, и Интернет. в общем, заходи, посмотришь. Если на худой конец совсем не подойдешь для фотографий, я тебе другую должность подберу. Человек, который готов драить полы и раздеваться перед камерой ради изучения компьютера, заслуживает всяческого уважения. Кстати, ты девушка хозяйственная?

— Не знаю. Наверное… — смутилась Лариса.

— Тогда я тебя лучше в завхозы возьму, — сказал Арик. — Это солиднее. Черт его знает, почему он сразу проникся симпатией к этой девушке. Может потому, что она сразу согласилась сниматься без одежды, а ее единственное условие не касалось денег. Более того, она вообще ни разу не упомянула о деньгах.

37

Вот уже несколько дней Максим Игрунов не приближался к Ларисе, и желание мстить в ней потихоньку остывало. Оно опять вспыхнуло после истории с карточкой «Трибунала» в кармане благополучно выжившего бандита Барабанова по прозвищу Акула — но опять стало остывать. Однако как раз накануне звонка в офис Чудновского это желание вернулось вновь. Дело в том, что лейтенант Цыганенко еще пару раз попался на глаза Максу Игрунову, и тот решил, что пора принимать меры. Лейтенант действовал по приказу генерала Игрунова, который хотел убедиться, что Лариса больше не копает под его сына. Однако Макс об этом не знал и решил, что все гораздо хуже. Он подумал, что отец собирает сведения, с помощью которых он сможет заставить сына себе подчиняться. Хотя бы примитивным шантажом: не будешь меня слушаться — передам материалы в милицию, и пусть тебя сажают. Но откуда отец узнал? Неужели Ларка добралась и до него? Чтобы выяснить это и заодно нагнать страху, Макс подкараулил Ларису вечером, когда она возвращалась из магазина и заговорил, обильно перемежая речь отборным матом.

— Ты что, сука, сказала моему отцу?! Откуда он знает про Лешку? Ты ему насвистела, ты меня продала? Думаешь, тебе это поможет?! Хрен! Он тебя в порошок сотрет, он тебя, гниду, раздавит, понятно? Если тебя спросят про это, молчи, дура, чтобы хуже не было. Я ведь пошутил, а ты, дурочка, поверила. А если кому-нибудь про это заикнешься, я тебя убью. И мне ничего за это не будет. Кому ты нужна, дура сраная?. На самом деле Макс не был так уж уверен, что ему за убийство ничего не будет.

Вернее, он предполагал, что от официального преследования отец его защитит хотя бы ради собственного благополучия — но боялся, что отец применит к нему санкции в порядке внутрисемейных разборок. И санкции эти могли быть весьма неприятными. Не такими, конечно, как десять лет на зоне — но вот суворовское, а затем военное училище папа-генерал вполне мог своему непутевому сыну обеспечить. И никуда бы Макс не делся — пошел бы в казарму как миленький, стоит только папе пригрозить передачей компрометирующих материалов в прокуратуру с перспективой скорого и справедливого суда. Конечно, и на это генерал Игрунов, возможно, не пошел бы. Ведь даже если сын его станет офицером — это будет еще тот офицер, и ЧП с его участием пойдут одно за другим, как пить дать. А каждое такое ЧП будет бросать тень на отца-генерала. Но ведь генерал Игрунов может укатать сына не только в суворовское училище. Он вполне способен пресечь в корне все попытки Макса закосить армию и вдобавок устроить ему два года в такой части, где тюрьма ему раем покажется. А Макс так хотел обойти армию стороной, показав тем самым любимому папе большой и красивый кукиш. И зародилась в недоразвитой или, скорее, развитой не в ту сторону башке генеральского сына мысль столь же извращенная, сколь и логичная. Надо просто убить и Ларку, и летеху-адъютанта. Тогда в лучшем случае папочкина затея завянет на корню, а в худшем папочке просто нечем станет шантажировать сына. Потому что если папа сдаст Макса ментам, ему будет грозить смертная казнь с заменой ввиду всеобщей гуманизации на пожизненное заключение. А на это генерал Игрунов никогда не пойдет. Но делать такие дела в одиночку Макс не умел и боялся. А потому вызвонил друга своего Пашку Качуркина, который тоже участвовал в избиении Алексея Черкизова, после которого тот, не приходя в сознание, скончался. Вообще-то никто не собирался его убивать. Просто Макс, Пашка и другие ребята из «путяги» были пьяны, а проходивший мимо Леша повел себя с ними неучтиво. Вот его и решили поучить. А он ни с того ни с сего стукнулся обо что-то твердое головой и откинул копыта. Или его все-таки кто-то стукнул по голове? Пашка утверждал, что это сделал Макс, а Макс не помнил, но не видел ничего плохого, если так и было на самом деле. Он забеспокоился, только когда возникла реальная опасность, что все откроется. И клял теперь себя за то, что распустил язык перед Лариской. Но ведь тогда он был пьян, а что у трезвого на уме, то у пьяного на языке. И вот теперь приходилось рассказывать о возникших проблемах Пашке. А тот на правах старшего товарища сразу стал орать.

21
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru