Пользовательский поиск

Книга Человек со стороны. Содержание - 4.

Кол-во голосов: 0

Дэвид Карл Слоэн знал немного о жизни Франклина Консента Ардженто, итало-американца в третьем поколении. Он происходил из уважаемой в Бруклине семьи. Аномальный факт: обычно те, кто происходил из уважаемых семейств, находили возможности не подвергать себя риску закончить жизнь с вышибленными мозгами в кровавых военных конфликтах.

Ардженто не сильно изменился с того проклятого дня в Главно. Лишь добавилось седины. Однако сейчас он носил массивный золотой «роллекс», 5000 долларов, двубортный костюм от «армани», 3000 долларов, мокасины ручной работы, 800 долларов. И опирался не на безликую аллюминевую трубку-трость, которой его снабдила американская армия, а на произведение искусств из эбенового дерева, увенчанное серебряным набалдашником в виде головы орла, также явно ручной работы.

Они провели всю ночь, опустошая одну за другой бутылки с текилой и плача, словно дети, обнявшись, как братья. На рассвете Фрэнк Ардженто объяснил причину своего приезда. Он хотел бы предложить Слоэну работу. В Сан Антонио, штат Техас. Работу, занимающую немного времени и великолепно оплачиваемую, что-то около пятидесяти тысяч долларов за двенадцать часов, включая оплату полетов в Нью-Йорк и обратно. В первом классе, естественно. А что это за пунктик, напечатанный мелким шрифтом? Единственная ошибка — и ты труп!

Слоэн не совершил ни одной ошибки.

Он сел на диван, откинулся на спинку.

Думать не хотелось. Не хотелось вспоминать годы, последовавшие за этой встречей с Фрэнком Ардженто.

Капитан Уиллард, герой фильма «Новый апокалипсис», жаждал обрести собственную миссию в этой жизни. За все его грехи ему ее определили: найти и убить демона в истоках безымянной реки в глубине камбоджийских джунглей.

Дэвид Карл Слоэн также жаждал обрести свою миссию. И ему тоже, за его грехи, она была дана. Сначала одна. Затем другая, А потом и третья.

Он прислушался к шуму прибоя, к завыванию северного ветра, перезвону своих висюлек. Увлечение их изготовлением несколько помогало. Но не являлось выходом. И не изменяло неотвратимого заключительного результата.

Платить за искупление.

4.

Дождь прекратился внезапно. Северный ветер продолжал гулять по лабиринтам улиц. Намокшие листья сбились в кучи вдоль тротуаров и у стволов голых деревьев.

Лидия Доминичи, тяжело дыша, остановилась под аркой. Вой противоугонного устройства «порше» продолжал дырявить ночь, взывая о помощи. То, что Ремо законченный хулиган, она знала всегда. Но сейчас он превратился в идиота, опасного для самого себя и всех, кто имел к нему отношение. Включая ее.

Лидия убрала со лба намокшие волосы. Некоторое количество риска щекотало нервы, служило преодолению зеленой тоски, заполнившей ее жизнь на последнем году учебы в классическом лицее. Ремо знал кучу народа, имел кучу денег и тратил их, не раздумывая. Но в Милане ему дышалось все тяжелее. Улицы были полны полицейскими, готовыми нажать на курок в любую минуту. В этой ситуации прогулки в поисках острых ощущений с таким идиотом, как Ремо Дзенони, были равносильны игре в теннис гранатой вместо мяча.

Три автомобиля с надписью «карабинеры» с воем влетели на проспект Семпионе. Лидия видела, как они свернули в тот же самый переулок, где продолжало вопить противоугонное устройство, и где остался «порше» Ремо с распахнутыми дверцами и зажженными фарами.

Когда Лидия убегала от машины, ей показалось, что она слышала и другие звуки, похожие на взрывы петард в конце года. Но сейчас ноябрь, и вроде бы, нет поводов для праздников с искусственным салютом.

Свободное такси выехало из-за угла. Невероятно: в Милане, когда идет дождь, все такси словно тают. Лидия подбежала к краю тротуара и замахала руками. Такси затормозило и, чуть проехав, остановилось. Она хорошо знала, что таксист остановился лишь потому, что увидел молодую и смазливую девчонку.

Лидия упала на заднее сидение и назвала адрес. Вой сирен еще одного автомобиля вновь разорвал тишину. Лидия обернулась и проследила за ним в заднее стекло. Таксист тоже проводил его глазами в зеркале заднего обзора. «Скорая помощь». За ней промчались еще две полицейские машины. Кортеж с завыванием свернул в тот же проклятый переулок, где все началось.

Таксист, наконец, завел мотор и поехал через перекресток. Лидия и водитель повернули головы, пытаясь рассмотреть, что же там случилось. Автомобили полиции, карабинеров, скорой помощи. Мириады мигающих красных и синих огней метались по стенам и окнам домов, по стволам деревьев, придавая сцене нечто сюрреальное.

Лидия откинулась на спинку сидения. Чуть раньше того дня, когда ее родители расстались окончательно, ее отцу удалось уговорить ее поехать с ним на охоту. И даже заставил ее несколько раз выстрелить из ружья. Звуки выстрелов вертикалки 12-го калибра всплыли в ушах. Внезапно Лидия почувствовала, как ее бросило в жар. Звуки, которые она расслышала сквозь вой сирен, не были хлопками петард. Даже если и вообразить себе такое.

Это был лай множества стволов, которые стреляли все сразу.

Андреа Каларно, сжимая «беретту» в руке, с группой полицейских за спиной, не сдвинулся ни на шаг, когда санитары проносили мимо носилки с лежащим на них Кармине Апра, матерившемся все время, пока его тащили с восьмого этажа.

Перестрелка с бандитами Апра длилась не так уж долго. Чуть больше времени понадобилось, что бы превратить поле боя в огромный карнавал. Казалось, все штурмовые силы города слетелись сюда, на эту второстепенную улочку в районе Семпионе. Десятки окон в окружающих домах были распахнуты, люди, высунувшись из окон, шумно комментировали случившееся. Другие зеваки, в пижамах и ночных рубашках собирались в кучки у заграждения.

Это было только начало. Каларно знал это. С минуты на минуту здесь появятся стервятники из пишущей и снимающей братии. Имя им орда, мчащаяся насладиться спектаклем из крови и кишок и набить брюхо впечатлениями. И самое главное, чего хотел избежать в этой ситуации любой ценой Каларно — они не должны были узнать об Апра.

— Шевелитесь! — прикрикнул он на санитаров. — Чтобы через минуту вашего духа здесь не было.

— Послушайте, начальник, мы и так спешим. — Ответил один из них, рябой, с сильным неаполитанским акцентом. — Видите, какой бардак под ногами? Идем, как можем.

Каларно ели сдержался, чтобы не спустить их с лестницы вместе с носилками. Процессия подошла к санитарному фургону, стоящему у заграждения, и санитары стали вдвигать носилки внутрь.

Апра лежал с лицом белее гипса. Его правое плечо было стянуто временной повязкой. Красное пятно расплывалось в том месте, куда попала пуля.

— Сволочь полицейская! — Он повернул голову в сторону Каларно. — Но я еще не умер!

— Это еще можно поправить, — ответил тот, и повернулся к цепочке полицейских в гражданской одежде. — Де Сантис, Палмьери, Макки! С ним, в машину!

Полицейские, не убирая оружия, полезли в фургон «скорой».

— Начальник, это невозможно. Все не поместятся, — запротестовал рябой.

— Нет проблем. Пойдешь пешком.

— Не-е, так не пойдет, начальник… Правда нету местов.

— Гранди, Скьяра! — Каларно опять повернулся к своим ребятам. — Я хочу, чтобы каждый из вас не спускал глаз с этого мерзавца двадцать четыре часа из двадцати четырех. Я хочу, чтобы вы не отходили от него, в какую бы дыру его ни повели. В операционную, в душ, в сортир, в камеру. Повсюду. Вы меня поняли?

Полицейские утвердительно кивнули.

— Он не должен ни с кем говорить. Не должен звонить по телефону. Не должен смотреть телевизор. Не должен слушать радио. Не должен, черт его дери, делать что-либо. Должен только видеть перед собой ваши свирепые физиономии. — На Каларно опять накатила волна гнева. — Если кто-нибудь, кто бы то ни был, создаст вам проблемы, скажете ему, что подчиняетесь только мне. Если этот сукин сын Апра выкинет какой-нибудь фортель, пристрелите его. Вопросы?

8
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru