Пользовательский поиск

Книга Принц и Русалочка. Автор Варгин Алексей Матвеевич. Страница 44

Кол-во голосов: 0

НА ПЕПЕЛИЩЕ

Над селением висел тревожный запах гари. Ступив на единственную улочку, Ланцерей увидел, что, несмотря на позднее утро, двери и ставни окон в домах были наглухо закрыты. Мёртвую тишину в деревне нарушал одинокий и тоскливый собачий вой.

От предчувствия чего-то недоброго у Ланцерея защемило сердце. Не глядя больше по сторонам, принц со всех ног бросился в конец деревни.

…На месте дома Паланиты ленивым дымком курилось чёрное пепелище. Пожар, по-видимому, случился ночью и за несколько часов справился с жилищем колдуньи, оставив от него только маленький холмик золы.

Ланцерей смотрел на тающий под лучами солнца сизый дымок и чувствовал, как покрывается пеплом его собственное сердце.

– Эй ты, чего пялишься? Пришёл поплакаться по старой ведьме?

Только тут Ланцерей увидел двух мужчин, давно уже наблюдающих за ним. Один был пожилой и угрюмый, в другом, приглядевшись, принц узнал рыбака, который в шутку отправил его на постой к Паланите.

– Я тебя где-то видел, – с вызовом сказал тот и, покачнувшись, едва удержался на ногах. Ланцерей понял, что рыбак сильно пьян.

– Как это случилось? – разомкнув спёкшиеся губы, спросил принц у пожилого мужчины.

– А очень просто!.. – снова ответил пьяный, с трудом ворочая языком. – Немного соломы да малость огонька… вот и зажарилась ведьма!..

– Так это ты?.. – обезумев от ярости, крикнул Ланцерей. – Ты поджёг дом, скотина?!

От его удара пьяный отлетел на несколько шагов и упал, зарывшись лицом в кучу пепла. Не помня себя, Ланцерей кинулся к нему, но на помощь товарищу поспешил второй мужчина.

– Оставь его, – наваливаясь на принца, пропыхтел он. – Ты что, хочешь его убить?

Резким движением Ланцерей сбросил с себя противника, однако рассудок уже вернулся к нему.

– Вы что наделали? – тяжело дыша, спросил он. – Вы что, мерзавцы, наделали?!

– Это всё он, – кивнул пожилой на неподвижно лежащего рыбака. – Вчера перебрал лишнего, ну и… стукнуло ему что-то в голову… Он пьяный – чисто зверь.

– Но… как же так? Разве Паланита чем-то обидела его? – спросил Ланцерей, у которого всё происшедшее не укладывалось в голове.

Мужчина с мрачным видом пожал плечами:

– Криг говорил, что ведьма испортила его… От этого, мол, у него не бывает хорошего улова и здоровье никуда не годится… А по-моему, не стоило ему так много пить, – глядишь, и здоровье поправилось бы, и работа лучше пошла…

– Но… может быть, Паланита не сгорела? – с робкой надеждой спросил Ланцерей.

– Куда там не сгорела! – его собеседник со злостью сплюнул себе под ноги. – Этот живоглот подпёр дверь бревном, а уж потом подпалил дом. Эй, не трогай его, – сказал он, увидев, что лицо Ланцерея снова побагровело от гнева. – Паланите ты уже ничем не поможешь, а этот чурбан хоть и дрянной человечишка, да он мой племянник, сын покойной сестры…

– Но почему никто не остановил его? – простонал Ланцерей. – Почему не потушили огонь?

– Почему, почему, – мужчина понуро ковырял носком сапога обугленную землю. – Потому что в соседней деревне я ночевал, утром вернулся…

– А другие? Неужели… все так ненавидели её?! Неужели Паланита никому не сделала добра?

– Как же, не сделала, когда вся деревня к ней ходила… и из других тоже, – хмуро ответил мужчина. – Как чуть что – сразу к Паланите бегут: помоги, бабушка, болею, помираю… Она всем помогала… Этого щенка тоже выходила, когда маленьким был… А вот любить её не любили. Боялись её сильно, понятно тебе?

– Нет, – ответил Ланцерей.

– А чего тут не понять? Люди как рассуждают? Если Паланита может человека с того света вытащить, значит, и… наоборот может. Вот и боялись поэтому. А кого боятся, того не любят… Видал, попрятались все? Думают, бабка Паланита с преисподней к ним на метле прилетит и накажет.

– Что же за люди у вас тут? – тихо произнёс Ланцерей, стараясь унять подступившие слёзы.

– Это ты верно, – согласился его собеседник, – люди дрянь. Прямо сказать, свиньи, а не люди. Знала бы Паланита, на кого она свою жизнь положила…

– А ты думаешь, она не знала? – сказал Ланцерей и отвернулся. Не обращая больше ни на кого внимания, он низко поклонился пепелищу и пошёл прочь.

Выйдя в поле, принц сбросил с плеч котомку и лёг на траву. Нежно-голубое, испещрённое белой рябью перистых облаков небо простиралось над ним – такое высокое, что при взгляде на него кружилась голова. Где-то там, в недосягаемой выси, бесплотная и послушная воле ветра, жила Сиренелла… Быть может, она видела принца и даже касалась прохладным поцелуем его разгорячённого лица, а может быть, тихо горевала вместе со своим возлюбленным.

«Прости меня, Русалочка, – прошептал Ланцерей, прикрывая ладонью глаза. – Я опоздал на встречу с Паланитой, хотя она предупреждала меня… Эта непостижимая женщина знала, что её часы сочтены, и просила поторопиться… Одного не могу я понять: почему Паланита безропотно приняла лютую смерть от рук этого чудовища?.. Почему, почему?..»

Ланцерей не заметил, как уснул, но и во сне он метался, звал то Русалочку, то Паланиту и мучительно силился понять, что же ему теперь делать… «Иди в Тамуткели, принц», – услышал он вдруг и тут же открыл глаза. Вокруг не было ни души, а голос все ещё звучал в ушах Ланцерея, и он мог поклясться, что это был голос Паланиты.

– Что это – Тамуткели? Где это?! – воскликнул принц, вскакивая на ноги.

– Ступай к Одинокой горе, – повелел голос мёртвой колдуньи и умолк навсегда.

НЕПРИКАЯННЫЙ ВОЛК

Принц Ланцерей торопился к подножию Одинокой горы. Он узнал её сразу, как только услышал спасительный совет. Одинокая гора поднималась на горизонте, отгороженная целой цепью других, невысоких, поросших лесом гор.

Когда Ланцерей вступил под сень букового леса, день уже клонился к вечеру. «Скоро здесь будет совсем темно, – с сожалением подумал принц. – Ну что ж, ничего не поделаешь, придётся устраиваться на ночлег». Он выбрал место под высоким старым деревом и сел на землю, прислонившись спиной к толстому атласному стволу. Не успел Ланцерей развязать свою котомку, как где-то невдалеке раздался тоскливый и протяжный волчий вой.

– Ну и ну!.. Похоже, мне придётся провести эту ночь на дереве, – пробормотал принц, однако вой не повторялся и Ланцерей решил не спешить.

– Залезть на дерево я всегда успею, – сказал он себе. – Лучше будет развести костёр и показать лесным бродягам, что я их не боюсь.

Привыкший к ночному лесу во время королевских охот, Ланцерей умело развёл костёр, положил рядом с собой острый нож Летимарии и принялся за еду.

Вдруг тихий шорох в кустах заставил его насторожиться. Ланцерей присмотрелся и различил среди зарослей силуэт крупного волка.

– Пошёл прочь! – громко крикнул принц и сжал в руке нож, но хищник не шевельнулся.

– Говорят тебе, убирайся! – Ланцерей выхватил из костра головню и швырнул в кусты.

Волк заскулил, однако по-прежнему не тронулся с места, а его глаза загорелись голодным зелёным огнём.

– Неужели тебе так хочется съесть меня? – насмешливо спросил Ланцерей. – Не желаешь гоняться за лесной дичью?

– Мне хочется хлеба, который лежит в твоей котомке, – ответил волк человеческим голосом и снова жалобно заскулил.

От неожиданности Ланцерей выронил нож, но тут же хлопнул себя по лбу:

– Ну и ну, Ка-га оказался прав! Я не разучился понимать язык животных! Так зачем тебе мой хлеб, разбойник?

Внезапно волк отпрянул и припал брюхом к земле.

– Ты понимаешь меня? – испуганно спросил он.

– А что тут удивительного? Ты ведь тоже понимаешь меня, хотя ты волк…

– Я не волк, – ответил зверь. – Я человек, вернее, был человеком, и звали меня тогда барон Куартен.

– Ну что ж, очень приятно, барон. Позвольте и мне представиться – принц Ланцерей.

12
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru