Пользовательский поиск

Книга ФАТА-МОРГАНА 4 (Фантастические рассказы и повести). Автор Ван Вогт Альфред Элтон. Содержание - Льюис Пэджет КОГДА ЛОМАЕТСЯ ВЕТВЬ

Кол-во голосов: 0

Из калорифера все еще шло слабое тепло. Он питался от большого атомного реактора который обеспечивал и поддерживал сходство этого маленького мирка с Землей. Повсюду был толстый слой пыли. Но обстановке была в хорошем состоянии. Он тщательно осмотрел все и установил, что некоторые из вещей напоминали музейные экспонаты, сделанные руками людей его расы. Он перебирал их одну за другой, считая это счастливой случайностью: теперь это был его дом!

На столе лежала раскрытая книга. В ней был заложен листок бумаги. Почерк был похож на женский. Стряхнув пыль, он прочел:

«ОТЕЦ, ЧАРЛИ САММЕРС НАШЕЛ ПОТЕРПЕВШИЙ КРУШЕНИЕ КОРАБЛЬ ЭТИХ СКОТОВ И ЗАБРАЛ МЕНЯ. МЫ ЖИВЕМ НАВЕРХУ, НА ТРИНАДЦАТОМ. ПРИЛЕТАЙ, ЕСЛИ ТВОИ ДЮЗЫ ВЫДЕРЖАТ, И ПОЗНАКОМЬСЯ СО СВОИМ ЗЯТЕМ».

На этой записке не было ни даты, ни подписи, ни сообщения о том, вернулся ли «отец» и что с ним произошло. Дэнни благоговейно положил записку на стол и посмотрел на посадочную полосу, словно увидел там, в коротких сумерках, все, что случилось в этом маленьком мирке. «Эти скоты» могли быть только новой расой после войны, и это значило, что здесь был последний форпост людей его расы. Запись могла быть сделана и десять, и пять столетий назад, но в любом случае его люди были здесь, сражались и остались после того, как Земля была для них потеряна. Если они это сделали, ему это тоже удастся!

И, как бы ни невероятно это звучало, — может быть, там, снаружи, кто-нибудь еще остался. Разве невозможно, несмотря на время и все трудности, и даже на Intelligens, что они выжили?

Глаза Дэнни повлажнели, когда он повернулся и начал убирать свой новый дом. Снаружи было темно. Если остались выжившие, он найдет их. А если нет…

Тоже хорошо, потому что он все еще был представителем великой отважной расы, которую нельзя уничтожить, пока существует хотя бы один ее представитель. Он должен всегда помнить об этом.

Внизу, на Земле, Брайан Кеннинг кивнул маленькой группке, настраивая коммуникатор. Несмотря на улыбку, смягчившую черты его лица, глаза его были печальны.

— Разведывательный бот вернулся. Он нашел «К датчанину». Бедный парень. Я уже думал, что мы ждали слишком долго, и что он никогда не сможет этого сделать. Еще четыре месяца завял бы, как цветок без солнца. И все же, я надеялся, что это удастся, когда мисс Ларсен передала мне книгу о сказочном райском планетоиде. Хотя она не историческая, однако написана великолепно. Я надеюсь, что та, которую я написал, ничем ей не уступит.

— Что касается исторических ляпов, так это уж точно, профессор Кири так и не выразил своей радости. — Ну и что! Он проглотил нашу ложь и улетел на корабле, который мы для него построили. Я надеюсь, что он будет счастлив, по крайней мере, некоторое время.

Мисс Ларсен скомкала носовой платок. Казалось, что она вотвот сорвется.

— Бедный мальчик! Он был бы великолепным парнем, если бы не вызывал такую жалость. Я хотела бы, чтобы девочки, над которыми мы работаем, удались лучше. Может быть, тогда все получится. Проводите меня домой, Джек?

Оба старика переглянулись, когда мисс Ларсен и Торн ушли. В комнате повисло молчание и клубы табачного дыма. Наконец Кеннинг пожал плечами и посмотрел на профессора.

— За это время он должен найти записку. Я не знаю, действительно ли это было такой хорошей идеей. Когда я в первый раз наткнулся на это в старой книге, я вынужден был подумать о сообщении Джека номер семь. Но теперь я больше в этом не уверен. В лучшем случае — это девушка неизвестного роста. Во всяком случае я сделал это из добрых побуждений, из доброты.

— Доброта! Доброта как награда, пара тысяч рабочих часов… а тут еще ложь… обо всем, чем мы обязаны расе этого юноши! — Голос профессора звучал устало. Он выколотил трубку в пепельницу и медленно подошел к большому окну. Снаружи было темно. — Иногда мне хочется, знать, Брайан, как можно было выказать добро неандертальцу, когда последний из них достиг конца своей жизни. И раса, которая будет после нас, тоже отнесется к нам со всей возможной добротой, когда над нами опустится тьма, не так ли?

Писатель скептически покачал головой. Потом оба снова посмотрели наружу, на мир и звезды.

(Перевод с англ. И. Горачин)

ФАТА-МОРГАНА 4 (Фантастические рассказы и повести) - img_27.png

Льюис Пэджет

КОГДА ЛОМАЕТСЯ ВЕТВЬ

ФАТА-МОРГАНА 4 (Фантастические рассказы и повести) - img_28.png

Они были поражены, что получили квартиру, где плата за наем была так высока и договор был так нашпигован оговорками, но Джо Кальдерой был счастлив, что за десять минут на подземке он мог добраться до университета. Его жена Майра рассеянно распустила рыжие волосы, считая, что домашняя прислуга, вероятно, ожидает своих нанимателей и что она размножается при помощи партеногенеза — если так можно выразиться. Во всяком случае, нужно исходить из того, что организм делится на две половины, причем получаются два взрослых экземпляра. Кальдерой, усмехнувшись, заметил:

— Из двух частей, глупышка, — и посмотрел на маленького Александра, которому было восемнадцать месяцев и который ползал на четвереньках по ковру, стараясь встать на свои толстые, кривые ножки.

Впрочем, это была милая квартирка. В ней каждый день было солнце и больше комнат, чем они могли бы ожидать за эту плату. Соседка, привлекательная блондинка, говорящая почти исключительно о своей мигрени, рассказала, как тяжело выносить жильца четвертого этажа. Хотя он и не плевал оттуда, но к нему приходят странные посетители. Предыдущий жилец, страховой агент, уже выехал с квартиры, а сейчас речь идет о людях, которые каждый час стучали в дверь и спрашивали мистера Пота или тому подобное. Только спустя некоторое время Джо связал «Пот» с «Кальдероном».[8]

Они спокойно сидели на кушетке и наблюдали за Александром. Он был нормальным малышом. Как и у всех малышей, вокруг затылка у него был жировой воротник, а его ножки, по мнению Кальдерона, являли собой две толстые тумбочки, лишенные суставов, — во всяком случае, они казались такими. Они, привлекали взгляд своими невероятными розовыми округлостями. Александр, хохоча как сумасшедший, встал на ножки и, качаясь как пьяный, направился к родителям, бормоча что-то неразборчивое.

— Ты дурачок, — нежно сказала Майра и бросила ребенку его любимую мягкую меховую свинку.

— Итак, мы все подготовили на зиму, — сказал Кальдерон.

Это был высокий худой мужчина затравленного вида, физик-исследователь с хорошим именем, очень довольный своей работой в университете. Майра была милой рыжеволосой женщиной, курносая и с темными приподнятыми бровями. Она пренебрежительно фыркнула.

— Если только мы сможем получить домашнюю прислугу. Иначе мне придется заниматься уборкой.

— Ты стенаешь, как потерянная душа, — сказал Кальдерон. Что ты подразумеваешь под словом «уборка»?

— Убирать как уборщица. Выметать, готовить, чистить. Дети — тяжелое испытание. Но они имеют свою ценность.

— Только не Александр. Он становится слишком заносчивым.

В дверь позвонили. Кальдерон пересек комнату и открыл дверь. Он несколько раз выглянул наружу, но никого не увидел. Потом он опустил глаза, и то, что увидел, заставило его замереть от удивления.

В прихожей стояли четыре маленьких человечка. Это значило, что нормальными они были только ото лба и ниже. Их черепа были огромны, величиной со средний арбуз, и арбузоподобными были на них невероятно большие шлемы из блестящего металла. Их лица были сморщенными, похожими на заостренные маленькие маски из переплетения линий и пятен. Их одежда была кричащего неприятного вида и казалась сделанной из бумаги.

— О? — растерялся Кальдерон.

Четверо обменялись быстрыми взглядами. Один из них осведомился: «Вы Джозеф Кальдерон?»

вернуться

8

Игра слов: Pot (англ.) — горшок; Cauldron (англ.) — котел. Galderon — фамилия.

© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru