Книга Рассказы Ляо Чжая о необычайном. Автор Сунлин Пу. Содержание - СХВАТИЛ ЛИСУ

СХВАТИЛ ЛИСУ

Старый Сунь доводится мне по жене как бы старшим братом.

Он всегда отличался храбростью. Однажды он лежал днем у себя. И показалось ему, что какая-то тварь лезет на кровать. Вслед за этим ему почудилось, что он заколыхался-закачался, словно очутясь на туче и тумане, как на повозке.

«Уж не лисий ли это кошмар?» – подумал он про себя. Бросил мельком взгляд: тварь была величиной с кошку, хвост был желтый, морда зеленая. Она появилась из-под ног и осторожно-осторожно ползла на брюхе, боясь, по-видимому, чтобы старик не проснулся.

Проползая то там, то здесь, она старалась приникать к самому телу. Уткнется в стопу – стопа немеет, уткнется в голень – голень размякла!

Как только она добралась до живота, старик быстро вскочил, – раз, и прижал ее за шею. Тварь металась и выла, но освободиться никак не могла.

Старик давай кричать жене, чтобы связала тварь кушаком поперек. Затем, взяв кушак за оба конца, засмеялся и сказал:

– Я слышал, что ты мастерица на разные превращения. Вот теперь я уставлюсь прямо и посмотрю: какие превращения ты будешь проделывать.

Пока он это говорил, тварь вдруг втянула свое брюхо, ставшее тонким, как флейта, и чуть-чуть не высвободилась. Старик был поражен, затянул изо всех сил кушак, но она надула живот; он стал с миску и такой твердый, что нельзя было сжать его.

Как только нажим стал чуть-чуть слабеть, тварь опять сьежилась. Старик, боясь, как бы она не улизнула, велел жене поскорее ее убить. Жена заметалась из стороны в сторону, ища глазами по всем углам и не понимая, куда девался нож.

Старик взглянул влево, указав ей глазами место, где был нож. Отвернул голову, смотрит, а пояс лежит на руке браслетом. Тварь пропала.

ФИЗИОГНОМ ЛЮ

Студент Чжоу, сын видного шуньтяньского[287] чиновника, дружил со студентом Лю. Лю владел наукой физиогномики, получив ее сам от какого-то весьма необыкновенного человека. Как-то раз Лю говорит Чжоу:

– У тебя, друг, нет судьбы к выслуге и почету[288]. Вот разве еще на состояние, тысяч в десять четвертей[289], ты, пожалуй, рассчитывать можешь. Однако твоя почтеннейшая супруга выглядит для гадателя неважно. Она не будет, кажется, в состоянии помочь тебе в твоих успехах.

Не прошло и самого короткого времени, как жена Чжоу действительно умерла. В доме и спальне стало скучно, бедно. Чжоу было невмоготу. Он пришел к Лю, чтобы погадать о женитьбе. Вошел в гостиную, сел. Сидел очень долго: Лю ушел к себе и не выходил. Крикнул раз, крикнул два. Наконец Лю вышел.

– Все эти дни, – сказал он, – ищу тебе «вещь по признакам»[290] – достойную тебя пару – и вот сейчас только нашел! Теперь я у себя там являю свое скромное искусство: прошу, видишь ли ты, Лунного Старца связать вас обоих красным шнуром[291].

Чжоу пришел в восхищенье и стал расспрашивать.

– А вот только что вышел от меня человек с мешком. Повстречал ты его или нет?

– Как же, – сказал Чжоу, – встретил! Рвань рванью, словно нищий!

– Это – твой тесть! Тебе бы следовало его почтительно, как подобает зятю, приветствовать!

– Послушай, – сказал Чжоу, – мы с тобой очень дружны, и я пришел поговорить с тобой по секрету. Зачем же тебе так зло надо мной шутить? Верно, что я, как говорится в классиках, «увы, ничтожен»[292], а все-таки – потомок образованного рода, видного и служилого. Неужели же я пал до того, что буду родниться браком с уличным скупщиком?

– Ты не прав, – возразил Лю, – «и у пестрой коровы все же есть теленок»[293]! Что за беда?

– А ты видел когда-нибудь его дочь? – осведомился Чжоу.

– Нет, не видел, – ответил Лю, – у меня никогда с ним особенно приятельских отношений не было. Даже фамилию его и имя я узнал, только спросив о них.

Чжоу засмеялся.

– И пестрого быка ты не знаешь, – сказал он, – как же можешь ты знать, что у него за телка?

– Я, видишь ли ты, – сказал Лю, – верую в указания судьбы. По-моему, выходит, что сам-то этот человек – злой и ничтожный, но ему суждено родить дочь с самым полным счастьем. Впрочем, если соединить вас насильно, непременно случится большая беда. Нужно будет еще погадать с молитвой.

Чжоу, придя к себе, не хотел верить всем этим речам Лю.

Стал сам искать жену во всех направлениях, но без успеха.

Однажды днем вдруг к нему явился Лю.

– К тебе – гость, – сказал он. – Я уже от твоего имени, как говорится, загнул дощечку[294].

– Кто такой? – полюбопытствовал Чжоу.

– Ты только не спрашивай, – настаивал Лю, – а поскорей вари обед!

Чжоу не понимал, в чем дело, но приготовил все, как было велено. Сейчас же появился гость. Он оказался неким Фу, солдатом из лагеря. Чжоу это было сильно не по вкусу[295], и он обращался с гостем еле-еле вежливо, с напускной и поверхностной манерой. А Лю, наоборот, ухаживал за гостем очень почтительно и внимательно. Через некоторое время, когда подали вино и закуску, Чжоу подал гостю есть из скверной грубой посуды. Лю вскочил с места и поспешил заявить гостю: – Моего почтенного друга давно уже влекло к вам искреннее уважение, и он все время поручал мне вас разыскать. Лишь на этих днях удалось мне встретиться! И вдруг я узнаю, что не пройдет и нескольких дней, как вам придется уехать далеко на войну. Мой друг мигом собрался вас к себе пригласить… Так что хозяин у нас сегодня – впопыхах, без подготовки…

Сидели и пили. Фу выразил сожаление, что у него заболел конь, так что на нем, пожалуй, нельзя будет ехать. Лю сейчас же грустно склонил голову в знак участия, желая что-нибудь придумать.

Затем гость ушел. Лю бросился к Чжоу с упреками:

– За тысячу лан не купить тебе такого друга, вот что! К чему было смотреть на него с таким безмолвным пренебрежением?

Лю взял у Чжоу коня, поехал к Фу и от имени Чжоу подарил. Чжоу, узнав об этом, был не особенно доволен, но делать было уже нечего.

Прошел год. Чжоу собрался ехать в Цзянси[296], чтобы устроиться в канцелярии тамошнего губернского судьи. Зашел к Лю, чтобы спросить, что скажет гаданье.

– Большая удача будет, – сказал Лю.

– Ну, – смеялся Чжоу, – мне ничего такого особенного и не требуется. Вот только бы набрать денег да купить себе хорошую женку. Да еще, на мое счастье, не сбылись бы твои прежние слова!.. Может это удастся или нет?

– Все будет, друг, как ты хочешь, – ответил Лю. Чжоу прибыл в Цзянси, и вдруг как раз в это самое время вспыхнул сильный мятеж. Целых три года ему все не удавалось вернуться на родину. Наконец стало понемногу затихать. Чжоу выбрал день и отправился в путь.

Однако на дороге его схватили разбойники. Вместе с ним попались в ту же беду еще семь-восемь человек, у которых отобрали все деньги и отпустили на все стороны. Чжоу же схватили и повели в самое гнездо. Главарь разбойников спросил его, откуда он, кто и как живет, сказал:

– У меня есть дочурка. Хочу отдать ее вам, служить с веничком и метелочкой[297]. Отказываться не рекомендую!

Чжоу не отвечал. Разбойник рассвирепел и велел сейчас же рубить ему голову. Чжоу перепугался и решил, что лучше пока принять предложение, а потом как-нибудь и бросить девицу. Подумал и громко сказал:

– Я, видите ли, вот почему отвечаю не особенно решительно. Я – человек книжный и хилый, военными делами с вами заниматься не могу. Боюсь, что вас, дорогой тесть, я только обременю, и больше ничего. А вот если бы вы позволили нам с женой вместе отсюда уйти, то больше этой милости нельзя и придумать!

вернуться

287

Шуньтяньский – пекинский.

вернуться

288

… нет судьбы к выслуге и почету – то есть к успешным экзаменам и к высшим ступеням государственной службы.

вернуться

289

… тысяч в десять четвертей – сельского продовольствия.

вернуться

290

… ищу тебе «вещь по признакам» – литературное выражение, означающее тщательные поиски чего-либо…

вернуться

291

… связать вас обоих красным шнуром – из народных поверий.

вернуться

292

… «увы, ничтожен» – из од «Шицзина».

вернуться

293

… «и у пестрой коровы все же есть теленок» – из Конфуция («Изречения»): «Учитель так отозвался о Чжун Гуне: „Детеныш пестрой коровы, если рыжеватый и с рожками, то пусть даже он никому не надобен, но духи гор и рек разве им пренебрегут?“» У Чжун Гуна был дурной отец, но сын оказался хорошим.

вернуться

294

… загнул дощечку. – На бамбуковых дощечках в древности писали; отсюда литературное выражение «загнуть дощечку», то есть послать приглашение, сложив его в виде письма.

вернуться

295

Чжоу это было сильно не по вкусу… – Еще бы: солдат в гостях у образованного человека, презиравшего, по конфуцианскому завету, всякую военщину, не говоря уже о простом солдате.

вернуться

296

… в Цзянси – на юг.

вернуться

297

… служить с веничком и метелочкой – то есть отдать в жены-хозяйки.

69
© 2012-2017 Электронная библиотека booklot.ru