Книга Ночь оборотня. Автор Сухомизская Светлана. Содержание - Глава 8 ДЕМОНИЧЕСКАЯ ЖЕНЩИНА

Щелкнул выключателем торшера и, усмехаясь, быстро написал карандашом на листке отрывного блокнота, лежащего возле телефонного аппарата:

«Смерть — лучшее лекарство от всех болезней. Особенно хорошо лечит смерть заклятого врага».

Глава 8

ДЕМОНИЧЕСКАЯ ЖЕНЩИНА

Некоторое время я стояла с нелепо разинутым ртом и водила глазами из одного угла кухни в другой, словно с минуты на минуту ожидала визита крысы или кого-нибудь столь же привлекательного. На самом же деле я просто пыталась понять, кто мне звонит.

Мучилась я недолго.

— Ты что, заснула? — поинтересовался голос, и я узнала.

— Варь, это ты?

— Не узнала? Вот и отлично! Может, разбогатею наконец. Хотя это вряд ли. Так ты не ответила на мой вопрос.

— А что это ты умирать собралась?

— Да мне на вечеринку в клуб поехать не с кем!

Я ухмыльнулась. Варвара была в своем репертуаре. Пропасть на полгода и появиться только тогда, когда от меня что-то очень нужно, при этом ни минуты не сомневаясь, что все будет именно так, как она захочет.

— А как же Вадик? — спросила я, прекрасно понимая, что гражданский муж Варвары — скромный труженик нефтедобывающей компании — находится вне пределов досягаемости, иначе звонок подруги не раздался бы в моей квартире.

— Да ну его, этого Вадика! — капризно сказала Варя. — Он уже неделю торчит в Ханты-Мансийске, а я тут пропадаю в одиночестве. Кроме как к косметологу, массажисту и тренеру по аэробике, и не хожу никуда. Разве что в Петровский пассаж. Уже забыла, когда в последний раз держала в руках бильярдный кий, представляешь?

— Не понимаю, как ты это выносишь! — ответила я, от души наслаждаясь нашей беседой. — Я бы до сегодняшнего дня не дожила, честное слово.

— Тебе бы все смеяться! Подруга пропадает, а ей смешно! Ты лучше сразу отвечай, пойдешь со мной или нет. Но если не пойдешь, так и знай, что до завтрашнего дня я не доживу.

— Что, прямо так сегодня ночью и помрешь? — не унималась я.

— Ну, не сегодня! Но до приезда Вадика уж точно не доживу!

— А что за вечеринка?

— Вечеринка, между прочим, очень хорошая, и тебя я с собой зову не случайно. Это презентация нового журнала — такого, знаешь, элитного, цветные фото, финская бумага, ну, что-то типа «Домового». Там, между прочим, будут всякие нужные тебе люди из издательского бизнеса. Ты же свои романы опубликовать хочешь?

— Угу, — с сомнением промычала я, не очень веря в полезность презентации. Кроме того, я знала способность Варвары ловко манипулировать окружающими, с неизменным успехом убеждая их, что они делают все не для ее, а для своего собственного блага.

— Ну, вот и замечательно. Ты рукописи с собой не бери, а перепиши все на дискеты. И всовывай их всем, кому только можно. Только свои координаты написать не забудь. В общем, ты собирайся, а я через час за тобой заеду. Пока!

— А разве я согласилась? — с неподдельным интересом спросила я у коротких гудков и, зачем-то покрутив в руках трубку, положила ее обратно на рычажок.

Однако приходилось признать, что предложение, не терпящее отказа, поступило ко мне как нельзя более кстати. Жрать дома было нечего (клоповая каша не в счет), личная жизнь была загублена на корню, а выходные непоправимо изгажены. К тому же карьера в детективном агентстве меня более не прельщала по причине непреодолимого отвращения к начальству, а значит, нужно немедленно заняться поисками новых знакомств, связей и прочей мути в этом же роде — ненавистной мне, но необходимой. Вытряхнув кашу в помойку, я подбодрила себя парой устрашающих прыжков, которые сделали бы честь любому воину из племени зулусов, и отправилась собираться.

Конечно, прошел не час, а все два, прежде чем дверной звонок начал истошно дребезжать, возвещая о прибытии Варвары. С другой стороны, это опоздание было сущим пустяком по сравнению с опозданием молодого человека, в которого я была влюблена до потери пульса. Давнишняя эта история до сих пор леденит мне душу. В назначенный день, не дождавшись ни предмета нежных чувств, ни даже телефонного звонка, я, одетая, накрашенная и причесанная, как королева, в полном одиночестве давилась слезами и тортом «Прага», а предмет явился на сутки позже, когда я, распростившись со всеми надеждами, носилась по квартире, облаченная в халат и лохматая, как кикимора.

Окутанная облаком духов и табака — на лестнице кто-то из соседей курил смертоносно зловонные сигареты, — в прихожую вплыла Варя и, снова оставив за скобками приветствия, оживленно спросила, готова ли я ее сопровождать.

Я не ответила, потому что не услышала вопроса. То есть, может быть, и услышала, но ни слова не поняла. Виной такому ступору был Варварин облик.

Ее светлые волосы, некогда длинные, теперь были подстрижены в короткое каре, два завитка которого лежали, словно приклеенные, у нее на щеках. Вокруг глаз положены тени, наводящие на мысль о последней стадии чахотки или дистрофии, а румянец, прежде стойко украшавший Варины щеки, заменила интересная могильная бледность. К счастью, я вовремя сообразила, что все это не предвестники неминуемой кончины, а дело рук человеческих. Не меньше, чем макияж, меня потряс Варварин наряд — короткое блестящее платье того ошеломляюще синего цвета, который просвещенные люди называют электрик, а к нему — боа из черных, белых и синих перьев, чулки со стрелками и туфли на заоблачной высоты каблуках. Я оделась вполне прилично, но рядом с подругой смотрелась вороной, попавшей в общество диковинной райской птицы.

— Ты что, уксус пьешь на голодный желудок? — со свойственной мне тактичностью выпалила я, когда обрела дар речи. — Платье шикарное, но выглядишь ты как утопленница.

— Фу, какая же ты грубая! И ничего не понимаешь в современной моде, — поморщилась Варя, нимало не обидевшись. — Мы едем или нет?

— Едем, — вздохнула я.

Времени на переодевание у меня уже не было, а если бы и было — все содержимое моего гардероба не могло тягаться с нарядом Варвары. Разве вот только красное платье. Ладно, надену его в другой раз и тогда уж точно заткну всех за пояс, пообещала я себе.

И мы поехали. Варвара, конечно, болтала без умолку, рассказывая мне в душераздирающих подробностях истории из жизни своих друзей, ни одного из которых я не знала лично и знать не хотела. Поэтому в очень скором времени ее речь превратилась для меня в монотонный гул, который я, приличия ради, изредка оживляла совиным «угу». Плавный ход «Опеля-Вектры» и негромко звучащие из четырех динамиков стереосистемы джазовые композиции довершили дело — я начала клевать носом. Если вы будете ночами недосыпать, а днем, в свободное от работы время, портить отношения с начальством и любимыми (или тем и другим в одном флаконе), не пройдет и недели, как вы станете такой же жуткой соней, как я. «Ничто не отравляет жизнь так, как любовь и работа, — думала я сквозь сон, — и надо же такому случиться, что как раз из них жизнь в основном и состоит. Какая гадость!» Внезапно машина дернулась, а Варя громко охнула. Я встрепенулась и в ужасе распахнула глаза, решив, что мы попали в аварию.

— А ведь мне, наверное, не стоит сегодня веселиться, — трагически глядя на меня, сказала Варя. — Женечка-то Прошина погибла!

— А ты что, знакома с ней? — Я окончательно проснулась.

— Да, разве я тебе не говорила? Ну, она мне не подруга, конечно. О покойниках плохо не говорят, но я тебе скажу по секрету — знаешь, у нее очень стервозный характер был. Я, конечно, тоже не святая, но она! Понимаешь, она такой человек — ни о ком, кроме себя, не думает, точнее не думала. Все должно быть, как она хочет, и что ни дай — все ей мало.

— У нее, наверное, было полно врагов? — осторожно спросила я, стараясь не выдать своей радости. Вот это удача! Я нашла свидетеля — и, может быть, очень ценного! Представляю, какое завтра будет лицо у Себастьяна, когда я с небрежным видом сообщу ему все, что узнала.

— Ну, конечно, насолила она многим! Начнешь считать, пальцев на руках и ногах не хватит. Особенно женщинам, актрисам. Она же карьеристка, по головам шла. Да и мужикам с ней тяжело было. Она их просто в бараний рог гнула. Высасывала из них все, а потом бросала, как только подворачивался кто-то получше. Но самое смешное, что бросать — бросала, а от себя далеко не отпускала, до последнего старалась держать при себе, как запасной вариант. Я даже не знаю, в чьей шкуре я бы меньше хотела очутиться — ее соперницы или ее любовника. Но, поскольку у нас с ней общих интересов не было, мы неплохо ладили. Правда, когда у меня Вадик появился, мы общаться почти перестали. С ней своих мужиков лучше было не знакомить. Хотя я слышала, что она в последнее время поспокойнее стала — у нее появился кто-то новый, и она в него вроде как даже была влюблена. Ну, не знаю, это совсем не в ее стиле — любить кого-нибудь, кроме себя. А с другой стороны — чего на свете не бывает. И все-таки, какая бы она ни была, такой смерти она не заслужила. Варя поежилась и прибавила газу.

8
© 2012-2017 Электронная библиотека booklot.ru