Книга Фартовые деньги. Автор Суэйн Джеймс. Содержание - 19 Играют деньги

Тони вернулся в гостиную и выглянул в окно. Почтальон и соседка уже ушли.

Валентайн поспешно покинул дом.

18

Хани

Сев в «Мерседес», Валентайн стащил резиновые перчатки и сдал задним ходом из переулка. Бывают ситуации, когда оказаться за рулем навороченной машины не так уж хорошо. Вот как сейчас.

Он проехал несколько миль, потом припарковался около ресторана «У Венди» и несколько минут просидел в машине, пытаясь собраться с мыслями. Последние слова Спарки не давали ему покоя. «Ты знаешь… Дойл…»

Валентайн сунул руку в карман и вытащил верного друга Спарки, «Смит-Вессон» тридцать восьмого калибра. Он ведь сказал, что ему нужна новая пушка, и получил ее.

Валентайн убрал пистолет обратно. И попытался найти объяснение тому, что случилось. Пятьдесят штук – это не кот чихнул. Продавая незарегистрированные стволы, столько не заработаешь. Но если и заработаешь, это не объясняет, почему Спарки швырнул в него бутылкой. Так же как и страх в его глазах. И это больше всего тревожило Валентайна.

Войдя в ресторан, он взял кофе, вернулся в машину и выпил его. Вскоре его голова затрещала как дешевый телевизор. Во время последнего осмотра врач велел ему отказаться от кофеина после шестнадцати часов. Валентайн пообещал и продолжил поглощать кофе и диет-колу, ибо пристрастие к кофеину было единственной дурной привычкой, которую он намеревался унести с собой в могилу.

Дойл тоже жить не мог без кофеина. И без сигарет, хотя недавно бросил. Они были во многом похожи. До такой степени, что Валентайн знал напарника вдоль и поперек. Если у Дойла и был недостаток, то это неумение хранить секреты. Если Спарки говорил с Дойлом и сообщил нечто действительно стоящее, Дойл непременно кому-нибудь растрепал. Такой уж у него был характер.

Валентайн выудил мобильник Дойла из кармана, включил его и нашел номер Хани. Нужно поговорить с этой женщиной – просто выяснить, что ей известно.

После третьего гудка ответил сонный женский голос.

– Это Хани?

Женщина охнула.

– Послушайте, мы незнакомы. Меня зовут Тони Валентайн. Я…

– Тони?

– Да…

– Господи, это ты?

Лидди Фланаган встретила его у входной двери. Она спала, когда он позвонил. «Нет смысла вставать», – объяснила Лидди. К его приходу она успела надеть джинсы и поношенный свитер и причесаться. Лидди напоминала привидение. Кожа молочно-белая и прозрачная, через нее просвечивают голубоватые вены. Они пошли в кухню. Она налила себе кофе вместо завтрака и сунула чашку в микроволновку.

– Дойл называл меня Хани,[42] – сказала Лидди, присев на диван-уголок. – Это из его любимой песни Вана Моррисона «Ниссовый мед». Когда ты позвонил на днях и произнес это слово, я несколько часов прорыдала.

– Прости.

– Да ты не виноват.

Валентайн наблюдал за тем, как она пьет кофе. От одного его запаха его мозги начинали работать в усиленном режиме. Он потянулся через стол и коснулся ее руки.

– Лидди, зачем ты соврала мне?

Вопрос вывел ее из оцепенения.

– Я не врала тебе.

– Врала, – он понизил голос до заговорщицкого шепота. – Ты сказала, что нашла блокнот Дойла под матрасом. А ведь это не так, правда?

Лидди не ответила.

– Ты нашла его в сейфе, – продолжил Валентайн, – где Дойл держал все важные документы. Например, страховку и сберегательные облигации.

– Кто рассказал тебе про сейф?

– Ради Бога, да я ведь сам помогал ему его устанавливать.

– О Господи, какая же я глупая! – Лидди провела рукой по волосам. На ее лице одно выражение сменяло другое. Победила улыбка. – И как я могла подумать, что мне удастся обвести тебя вокруг пальца.

Повисло долгое молчание. Его нарушил Валентайн:

– Ты отдала мне блокнот, надеясь, что я распутаю все это. Но стоит мне отодвинуть камень, под ним сидит еще одна змея. Дойл должен был хоть о чем-то обмолвиться.

– Я скажу тебе, что рассказал мне Дойл, – тихо ответила Лидди. – Только не впутывай в это меня и мальчиков.

Валентайн дал слово, что не станет.

– Когда Дойл вел расследование, до него дошли слухи о другой афере – в ней участвовали служащие казино. Сначала он не поверил, ведь у него было столько друзей в «Бомбее». А потом ему позвонил телефонист, который там работает. И сказал, что все именно так.

– Ты помнишь, как его звали?

– Спарки Родос. Он инвалид. Он участвовал в операции «Буря в пустыне» с несколькими работниками «Бомбея». Спарки сказал, что шайка его однополчан собралась ободрать Арчи Таннера.

– А с чего вдруг Спарки позвонил Дойлу?

– Сказал, боится, что их поймают и его упекут за решетку, а калеке там долго не протянуть.

– А что потом?

– Дойл поехал к Спарки домой. Спарки тайком записал совещание этой шайки и показал пленку Дойлу. Ребята разозлились, узнав, что Арчи Таннер потратил их пенсионные сбережения на покупку гостиниц во Флориде. Они обсуждали, как ограбить «Бомбей».

– Как?

– На автоматах.

– Так вот откуда эти записи в блокноте Дойла.

– Да.

– И что Дойл предпринял?

– Он позвонил в Отдел надзора за азартными играми и в Комиссию по контролю над казино. Они все проверили и сообщили Дойлу, что выручка от автоматов в «Бомбее» в норме. Дойл попросил перепроверить. Ответ был таким же. Тогда он связался с инспектором Дэвисом.

– Почему именно с ним?

– Дэвис проводил расследования по фартовым деньгам. Ну, знаешь, дело о ненастоящих монетах, которые всплыли по всему городу.

– То есть Дойл решил, что эти дела связаны.

– Наверное.

– Что было потом?

Лидди уставилась в чашку.

– Дойл должен был встретиться с Дэвисом в тот вечер, когда его убили.

– Еще что-нибудь он тебе говорил?

– Что зря выбрал эту профессию.

Она подошла к раковине и вымыла руки. Лидди двигалась замедленно, начав наконец осознавать, что Дойла уже не вернешь. Валентайн подошел сзади и осторожно положил руку ей на плечо.

– Еще один вопрос.

– Да…

– Фрэнк Портер в курсе?

Он заметил, что уголки ее губ поползли вниз. Фрэнк был крестным отцом Шона.

– Я не знаю, – ответила Лидди.

– Пожалуйста, не обманывай меня.

Ее плечи напряглись.

– Почему ты решил, что я тебя обманываю?

Всю жизнь Валентайн умел угадывать, когда люди ему лгали. Это был его дар – и его проклятие.

– Просто знаю.

Слезинка медленно сползла по ее щеке.

– Да. Фрэнк в курсе.

Валентайн протянул ей бумажную салфетку из корзинки на стойке. Лидди промокнула глаза. Ему хотелось сказать ей что-то теплое, чтобы успокоить.

Но ничего не приходило в голову.

19

Играют деньги

Вернувшись в мотель, Валентайн бухнулся на кровать, не раздеваясь, и вытащил свой телефон. Нашел в памяти номер Джо Кортеза из Службы иммиграции и натурализации.

Некоторые дни навсегда запечатлеваются в памяти. Первое празднование Рождества. Первый поцелуй с Лоис. Первый шаг Джерри. Особые события, которые – когда бы он о них ни вспомнил – словно бы произошли только вчера.

У Валентайна один из таких важных дней случился благодаря Джо.

А было все так. В 1982 году его отправили работать в зал с большими ставками в старом казино «Резорт интернешнл». Японский миллиардер по имени Токи Мицо, игравший в блэкджек, попросил казино повысить ставки до полумиллиона за кон. Дилер, важный француз в смокинге с заостренными уголками воротника, начал возражать.

– Но, сэр, это же неслыханно, – возмущался дилер.

Мицо в сердцах ударил по столу. Он проиграл четыре миллиона и даже бровью не повел. Несколько служащих казино плясали вокруг него, ловя на лету любой каприз. Мицо бросил взгляд через зал на Валентайна, который стоял, прислонившись к стене. Мицо знал, что он полицейский, которого уважали все крупные игроки, и жестом подозвал его к столу.

вернуться

42

Хани (honey) – мед (англ.); может означать также женское имя и нежное обращение («голубушка», «милая»).

22
© 2012-2017 Электронная библиотека booklot.ru