Книга Шейн. Автор Шефер Джек. Содержание - 6

А потом лето кончилось. Снова началась школа, дни становились все короче, и с гор поползли первые холода.

6

И не только лето закончилось. Сезон мира в нашей долине ушел вместе с летним теплом. Флетчер вернулся, он получил свой контракт. Он говорил в городке, что теперь ему снова понадобятся все пастбища. Гомстедерам придется уйти.

— Я — человек рассудительный, — говорил он сладкоречиво, как обычно, — и заплачу справедливую цену за все, что люди сделали на своих участках.

Но мы знали, что называет справедливой ценой Люк Флетчер. И мы не собирались уходить отсюда. Земля была наша по праву заселения, гарантированному правительством. Только мы знали и то, как далеко находится правительство от нашей долины, затерянной в глубине Территории.

Ближайший маршал находился за добрую сотню миль отсюда. У нас в городке даже шерифа не было. Как-то ни разу нужды в нем не возникало. Когда человек хотел обратиться в суд или оформить какие-то бумаги, он отправлялся в Шеридан 15 — до него приходилось почти целый день верхом добираться. А наш маленький городок даже не был организован как город. Он, конечно, понемногу вырастал, но пока что оставался просто придорожным поселком.

Первыми тут появились три или четыре шахтера — забрели сюда в поисках золота после того, как лопнула лет двадцать назад «Горнорудная Ассоциация Биг-Хорн»; они нашли следы золота, ведущие к скромной жиле в небольшом скальном гребне, который частично перекрывал долину там, где она выходила в прерию. Назвать это бумом не стоило, потому что другие золотоискатели, последовавшие за ними, быстро разочаровались. Однако те, первые, смогли себя неплохо обеспечить и привезли в долину свои семьи и несколько помощников.

Потом почтово-товарная компания устроила на этом месте станцию, где меняли лошадей. А станция — это такое заведение, где можно получить не только лошадей, но и выпивку. В скором времени ковбои с ранчо, разбросанных на равнине, и с ранчо Флетчера здесь, в долине, завели обыкновение наведываться сюда по вечерам. Когда же стали прибывать мы, гомстедеры — по одному, по два почти каждый сезон — город начал обретать форму. Здесь уже были несколько магазинов, шорная мастерская, кузница и примерно дюжина домов. А в прошлом году люди построили объединенными усилиями школу с одной-единственной классной комнатой.

Самым крупным в городе было заведение Сэма Графтона. Оно занимало довольно беспорядочно выстроенное здание, в одной половине которого располагался универсальный магазин, на его задах — несколько хозяйских жилых комнат, а во второй половине был устроен салун с длинным баром, столиками для игры в карты и всяким таким. Наверху размещались комнаты, которые он сдавал бродячим торговцам — и вообще любому человеку, забредшему переночевать. Он был нашим почтмейстером, старейшиной, посредником при сделках, но все дела вел честно. Временами он выступал в роли третейского судьи, когда возникали мелкие споры. Жена Графтона умерла. А его дочь Джейн вела дом и была нашей учительницей, когда в школе шли занятия.

Даже если б мы завели шерифа, это оказался бы ставленник Флетчера. В эти дни Флетчер, по сути дела, хозяйничал в долине. Мы, гомстедеры, жили в здешних местах всего несколько лет, и многие горожане полагали, что это он по своей милости разрешает нам тут находиться. Он пас скот по всей долине еще в те времена, когда здесь появились шахтеры, а немногих мелких ранчеров, которые было обосновались тут до него, он либо выжил, либо купил. Несколько лет подряд погода складывалась неудачная, и закончилась это засушливым летом и жуткой зимой восемьдесят шестого года, которые сильно урезали его стада, — примерно в это время и приехали первые гомстедеры. Ну, он тогда не особенно возражал, не до того было. Но теперь нас стало уже семь семейств и каждый год приезжали новые.

Отец всегда говорил, что город будет расти и рано или поздно станет на нашу сторону. Мистер Графтон тоже так считал, я полагаю, но он был человек осторожный и никогда не позволял мыслям о будущем вредить сегодняшнему бизнесу. А другие были люди того сорта, которые изменяют мнение с переменой господствующего ветра. Сейчас Флетчер был в долине большим человеком, ну, так они ему в рот смотрели, а нас только терпели кое-как. Если дойдет до дела, так они, наверное, ретиво кинутся ему на помощь — выгонять нас отсюда. Ну, а если он исчезнет с горизонта, так они с неменьшей охотой примут нас.

А Флетчер возвратился с контрактом в кармане и теперь хотел вернуть себе снова всю землю…

Как только эта новость разошлась по долине, у нас в доме поспешно собрался совет. Наш ближайший сосед со стороны города, Лью Джонсон, узнавши новость в магазине Графтона, тут же передал ее дальше и появился у нас первым. За ним последовал Генри Шипстед, чья земля сразу за Джонсоном, его ферма лежала ближе всех к городу. Эти двое были самыми первыми гомстедерами, они застолбили каждый сто шестьдесят акров за два года до засухи и стойко переносили неприятности, которые устраивал им Флетчер, пока убыль собственных стад не заставила его тревожиться о другом. На Запад они приехали из Айовы, и были это крепкие, надежные люди, фермеры старого закала.

К сожалению, этого нельзя было сказать об остальных, прибывающих один за другим. Джеймс Льюис и Эд Хауэлз — это были два ковбоя среднего возраста, которым постепенно надоела старая жизнь, и они потянулись за отцом в эту долину, старательно подражая ему во всех делах. Но им не хватало его энергии и напористости, они справлялись не слишком удачно и их легко было сломить.

Фрэнк Торри — он жил следом за нами выше по долине — был нервным беспокойным человеком, которого донимала вечно ноющая жена и целый хвост чумазых ребятишек, удлинявшийся с каждым годом. Вечно он талдычил, что пора, дескать, вытащить свои заявочные столбы и двинуть в Калифорнию. Но была у него в душе жилка упорства, и он всегда говорил: «Будь я проклят, если пущусь наутек только потому, что какой-то ранчер в большой шляпе этого хочет».

Эрни Райт, который занимал последний участок в верхней части долины, вдававшийся в земли, все еще используемые Флетчером, был, вероятно, самым слабым из всех. Не физически. Это был симпатичный здоровяк, до того смуглый, что поговаривали, будто в нем течет индейская кровь. Всегда распевал и рассказывал всякие забавные небылицы. Но только он вечно оказывался на охоте, когда надо было работать, а вспыльчивый характер заставлял его делать всякие глупости, не подумавши.

Но сегодня вечером он был такой же серьезный, как все остальные. Мистер Графтон сказал, что на этот раз Флетчер не шутит. Его контракт гарантировал закупку всего мяса, которое он сумеет поставить в ближайшие пять лет, и он был полон решимости использовать эту возможность до предела.

— Но что он может сделать? — сказал Фрэнк Торри. — Земля наша, пока мы на ней живем, а через три года мы получим ее в полную собственность. Некоторые из вас, ребята, уже подтвердили право собственности.

— Он не станет затевать настоящие неприятности, — подхватил Джеймс Льюис. — Флетчер никогда не был любителем стрелять. Говорить-то он мастак, но разговоры нам не повредят.

Кое-кто закивал. Но Джонсон и Шипстед, казалось, вовсе не были в этом уверены. Отец пока ничего не говорил, и они все выжидательно на него посматривали.

— Джим прав, — заметил он. — Флетчер не дает полной воли своим мальчикам. Пока что не дает, во всяком случае. Но никто не сказал, что он этого не сделает, если не останется другого выхода. Есть в нем такая жилка… Но до поры до времени он не станет по-настоящему зверствовать. Не думаю, чтобы он начал пригонять сюда новый скот раньше весны. Мне кажется, он попытается прищемить нам хвост этой осенью и зимой, чтобы поглядеть, не удастся ли нас отсюда выжить. И начнет, Скорее всего, с меня. Он всех нас не шибко жалует. Но я ему — словно кость в горле.

вернуться

15

Шеридан — город в северной части штата Вайоминг.

13
© 2012-2017 Электронная библиотека booklot.ru